Росток на руинах. Социальный омегаверс

Во-вторых (я до конца понял только вчера), наша слабость – это наша сила. Едва я научился ходить, стал драться за себя. Как и все альфы со времён палеолита – за жрачку и омег. Было это азартно, но вполсилы: перебили пост коммунов – так им и надо, угнали продуктовую фуру – клан нажрётся, миссия выполнена. Другой жизни я не помнил и только смутно мечтал о ней.

А теперь я буду драться за Риссу и в полную силу. За то, чтобы мы выбрались из этой пещеры и шли по мирным улицам своего города. Чтобы солнце блестело в её чёрных волосах, и моя омега никогда ничего не боялась.

Я хочу для Риссы весь мир. Беты ошибались, считая это слабостью.

***

Как я и ожидал, моё решение пометить Риссу восприняли без радости. Первое «фу» пришло от Лиенны.

Лиенну я с детства знал. Уникум среди омег – всё ей было нипочём. Во время одной из вылазок год назад коммунские дальнобойщики отстрелили ей два пальца на левой руке. В укрытие возвращались на угнанном фургоне; мы с Таром, Гаем и Карвелом – в раздрае.

Кровища из Лиенны хлещет, пальцы на ошмётках кожи болтаются, бинтов с собой – один куцый рулон, а мы, альфы, целые остались.

И что? Лиенна вкололась лидокаином из аптечки, Тара с бинтом отпихнула. Сидит, пальцы по одному отрывает и в окно – фигак. «Они, – говорит, – никогда мне не нравились». Её перевязывают, а она ржёт над тем, как весело мы коммунов бомбанули. Искалеченная омега. Ржёт. Чтоб мы не куксились, что не уберегли её. «Круть! Буду на два ногтя меньше стричь». По силе духа Лиенна любому альфе дала бы фору.

А теперь, когда она появилась на деревянных мостках, ведущих к водопаду, я не сразу узнал её. Сгорбилась, посерела, в нечёсаных светлых лохмах – нитки седины. Скулы обтянуло кожей, словно не неделя прошла, а годами её на дне ямы держали.

Я отвернулся виновато – немного стыдно стало за своё счастье на таком фоне. Но что сделаешь? Лиенна родила бету, а бетам не место в клане. Этот закон мы приняли сразу и единогласно, Лиенна тоже голосовала «за».

Даже выросший с нами бета останется бетой.

С каждым годом будет опаснее для клана, как активированная бомба с замазанным таймером – хрен знает, когда рванёт. Президента Сорро тоже когда-то родила омега, и что стало с его родителями? В газетах писали, что их ликвидировали первыми.

– Тебя Халлар зовёт.

Надорванный голос Лиенны я тоже не узнал. Даже в потухшие глаза её взглянуть не решился. Не помогут никакие утешения, разрыв такой глубокой связи – это не пальца лишиться.