Цветы над адом

Комиссар была движущей силой, вокруг которой вращались два рычага хорошо отрегулированного механизма. Тереза отвечала короткими, порой незавершенными фразами – ведь ее слова все равно схватывали на лету. Полицейские договаривали за нее, давая понять, что все будет выполнено без промедлений. В их поведении читалось уважение без тени подхалимства.

Массимо вдруг почувствовал себя нелепо с этим пакетом в руках. Положив сюрприз комиссару на стол, он отодвинул его от себя как можно дальше. Даже то, что он осмелился присесть, уже казалось ему верхом неосмотрительности.

Шелест бумаги привлек внимание всей троицы. На лице комиссара удивленное выражение хищника, чью территорию узурпировали, сменилось недовольством от ничтожности трофея – удивление практически сразу уступило место гневу.

– А ты что делаешь у меня в кабинете? – процедила она по слогам. Ее тон не сулил ничего хорошего.

Массимо не знал, как объявить о втором сюрпризе. Он предпочел бы начать с первого. В конце концов, недолго думая, он выпалил, будто выдергивая чеку из гранаты:

– Это теперь и мой кабинет.

На лице комиссара не дрогнул ни один мускул.

– Я что-то не расслышала, – ответила она.

Хотя Массимо готов был поклясться, что все она прекрасно расслышала.

– В моем трубу прорвало, – продолжил он решительным тоном. – Я немного поработаю тут. С вами. Так решил Амброзини.

Массимо заметил, как Паризи с Де Карли переглянулись. По их лицам стало ясно, что комиссар не в восторге от такого поворота.

– А это что? – сменила она тему, указав на пакет.

– Это вам, – отозвался воспрявший духом Массимо. Может быть, отношения между ними все-таки наладятся.

Комиссар села за стол. Посмотрела на пакет и открыла упаковку.

– Вот черт!

– Комиссар… – вмешался было Паризи, не оставляя в покое свою стильную бородку, но она сделала ему знак замолчать, взяла пончик и вонзила в него зубы, прикрыв от наслаждения глаза. Из пончика обильно потек крем.

– Там есть и с шоколадом, – пробормотал Массимо, жестом приглашая коллег.

Тереза, не открывая глаз, кивнула. Она была на седьмом небе.

– Я не ела их целую вечность, – промычала она.

Массимо расплылся в довольной улыбке. Слава богу, комиссару, кроме раздражения, присущи и другие человеческие качества. Более того, все оказалось так просто.

– Лучше бы вам не есть их и дальше, – заметно нервничая, произнес Де Карли.