Вывих времени

Вывих времени

Ирина И. Ларионова

Игорь Константинович Ларионов

Порталы Зазеркалья

Герой романа, достигший мастерства в выделении своего тонкого тела из плотного, однажды оказался втянутым внутрь Луны, постигнув ее тайну: она оказывается искусственным созданием сверхразумных существ, выполняя функцию портала перехода в альтернативные миры. Наш герой попадает на альтернативную Землю, играя там ключевую роль в интриге, развертывающейся вокруг Тайного Ордена Власти. Скрытые пружины тотальной, но притом замаскированной, власти над людьми, связанные с симбиозом магии, науки и техники, загадочно взаимосвязаны с событиями, происходящими на нашей планете.

Для широкого круга читателей.

Игорь Константинович Ларионов, Ирина Ивановна Ларионова

Вывих времени

© Ларионов И.К., Ларионова И.И., 2023

© ООО «ИТК «Дашков и К0», 2023

Лунный свет

Теплой летней ночью 1913 года выпускник Петербургского университета Пьер Горский, погруженный в ощущение блаженной неопределенности, не нарушаемой никакими мыслями, воспоминаниями или желаниями, медленно подошел к двум каменным Сфинксам, застывшим на набережной Невы напротив Академии Художеств.

Машинально он поднял глаза и долго-долго смотрел Сфинксу в лицо, ощущая что-то очень знакомое и в то же время такое, с чем не могло ассоциироваться ни одно из воспоминаний. Вдруг в своей затаенной глубине он почувствовал некий толчок. В нем завибрировала едва уловимая струна, а в сознание сами собой вливались строки стихов:

Великий Сфинкс и Грани Пирамиды,

В безмолвной пустыне и мраке тиши,

Луна освещает творенье Изиды,

И шепчет мне голосом нежным – пиши,

Я расскажу о жрецах, фараонах,

Любви неподдельной в глубинах времен,

Ты вспомнишь забытую мудрость ученых,

Я сказкой навею пленительный сон,

Там, в глубине Пирамиды большой,

Слышится молча, щемяще, маняще,

Странный, чарующий звон,

То ручеек хрустальный, прозрачный

Напев издает золотой,

На дне его драгоценные камни,

Узорами символов вечных,

На истины окна набросили ставни,

Там родилась загадка мира,

Питая древних мудрецов,

Свои дерзания скрывавших

От толп прославленных глупцов.

Пьер опустился на каменные ступени, присел и молча смотрел на черную, искрящуюся причудливыми огнями воду, которая, казалось, текла в две стороны одновременно. В нем продолжали звучать стихи, которые уже не оформлялись в слова. Его несла таинственная вибрация, властно поглощающая и душу, и тело.