Мертвый

– Эх, Артемка, лихой ты, видно, парень, четверых завалил! Но только о прежней жизни теперь забудь. Если лоб зеленкой не намажут, то из удовольствий у тебя останется только одно – покурить. Ну или «гуся передернуть», – хохотнула она.

– Чем лоб не намажут? – удивился Артем. Про «гуся» он понял интуитивно и тему эту развивать не захотел.

Злата засмеялась:

– Э-э-э, да ты еще совсем зеленый! Первый раз на нарах, да?

– Первый, – ответил Артем осипшим голосом.

Ему так стало себя жалко в этот момент, до слез.

– Ну ничего, – успокоила цыганка, – еще все узнаешь, времени у тебя много будет. «Намазать лоб зеленкой» значит расстрелять. Шутка такая, понял? Чтобы пуля инфекцию в мозг не занесла.

И цыганка весело рассмеялась. Ей-то что? Ей расстрел не грозил. Как понял Артем, она здесь 15 суток отбывала за приставание к прохожим с гаданием.

– Понял, – пробурчал он, и горло сжалось в попытке сдержать стон.

А цыганка все не унималась, видно, скучно ей было. Да и дежурный не прерывал их разговор, ему тоже, наверное, в развлечение.

– Тебе лет-то сколько, Артем?

– Двадцать исполнилось весной.

– Эх, – опять вздохнула цыганка, – совсем молоденький, сам себе жизнь сломал! Успел хоть с женщиной-то побыть, а?

Артем смутился и для чего-то стал оправдываться:

– Да я только три дня назад из армии пришел!

– Совсем плохо, – отчего-то огорчилась цыганка и надолго замолчала.

Он еще постоял у двери и сел на нары.

– Слышь, сержант, подойди к кормушке, а?

– Ну чего тебе опять? Спать пора, ночь на дворе! – отозвался тот.

Однако кобениться не стал и, звеня ключами, прошел по коридору мимо камеры Артема туда, где сидела Злата. Послышался звук открывающейся и откидывающейся кормушки. Артем встал опять и прижался ухом к глазку в двери – было интересно, что они там будут делать.

– Слушай, сладкий, – донесся тихий голос цыганки, – пусти меня к нему на полчасика, а? Парнишка женщины никогда не знал в своей жизни и теперь, может, так и не узнает больше.

Сердце Артема заколотилось, и дыхание перехватило. Он весь обратился в слух.

– Да ты чего, – зашептал в ответ сержант, – а если проверка? Тоже мне жалостливая нашлась!

– Какая еще проверка в ночь с воскресенья на понедельник? Я что, первый раз здесь, что ли? Все проверяющие дома спят, утром на работу.