Лестница в небо, или Рассказ очевидца

Предавал дружбу и любовь, ради своего благополучия.

– Нет мне прощения. – Казнил себя незнакомец.

– И не смотри на меня так, Виктор. Меня много раз прощали и на многое закрывали глаза, но как это бывает, я все-таки нарвался на справедливость и со мной обошлись, как с последней крысой… Вот я теперь и подыхаю в реанимации. Только вот беда, что-то никак не помру, что меня еще держит в этом мире?..

Утешить его мне было нечем, а он спросил:

– А вот скажи мне, Виктор, почему все-таки – крыса?

Я пожал плечами, не понимая вопроса, а он продолжил:

– Вот меня, например, спасла крыса.

Я слушал своего собеседника, стараясь не перебивать его вопросами, которые появлялись после каждого его заключения. А он рассказывал мне, как когда-то давно остался один без всяких средств для существования и, как он утверждал, это было ему по заслугам. Как потом, преданный женой и друзьями он стал бомжом, как нищенская жизнь довела его до мысли о самоубийстве.

* * *

– Я купил крепкую веревку, – рассказывал Виктор, – купил бутылку водки, хлеба и пошел искать место для суицида. На память пришел разрушенный дом на окраине города, где я, будучи еще мальчишкой, играл в защитников Брестской крепости. Этот дом помнил и бомбежки, и страшную войну, и немецких фашистов. Он был полуразрушен, кровля сгорела, перекрытия упали, а его крепкие стены устояли и сохранили большой подвал. Там я играл в детстве, туда я и пришел чтобы закончить свою жизнь.

Здесь Виктор сделал небольшую паузу и, ухмыльнувшись воспоминаниям, продолжил свой рассказ:

– Выпил я стакан водки, закусил хлебом и стал готовиться… Нашел подходящий крюк, ящик и потянулся за веревкой. Гляжу, а на ней лежит крыса – большая и черная. Она не испугалась меня, а я отскочил в сторону. С минуту мы смотрели друг на друга и я, немного осмелев, присел к своему импровизированному столику. Я выпил для храбрости и обратился к своей неожиданной гостьи:

– Водки не предлагаю, а хлебом угощу.

– Краюху она съела, но веревку так и не отдала. Тогда я налил себе еще стакан и рассказал ей всю свою невеселую историю. Как мы расстались я не помню – уснул. Только точно помню, что дослушивала она мой рассказ уже у меня на коленях.

Я ухмыльнулся, а он продолжил:

– Утром я похмелился и вспомнил для чего нахожусь здесь в подвале разрушенного дома. Посмотрел я на крюк, подвинул ящик, а веревке-то и нет.