Сотая дверь. Повести с рыцарским забралом

Волшебница Карусели предлагала за них пару только что родившихся Скользящих Пингвинят, а это было бы хорошим пополнением Королевского Зоопарка, и Веселый Волшебник обещал подумать.

Директор Королевского театра и по совместительству главный режиссер-постановщик сэр Заме?сис, испытывавший последнюю неделю страшное волнение, немного перевел дух: его театр, взятый приступом лучшими рыцарями королевства, уцелел и теперь подлежал мелкому косметическому ремонту. Поблагодарив Папу Монтекарло за оперативное приведение в боевую готовность главного входа, зрительного зала и сцены театра, сэр Замесис углубился в хитросплетения либретто оперы, генеральная репетиция которой должна была состояться вечером.

Папа Монтекарло, пребывая в прекрасном настроении, – его работа ему очень нравилась – в своей мастерской орудовал пилами, рубанками и молотками, исправляя то, что повредили рыцари, а наверху Беломородонна повторяла роль к вечернему прогону.

Виконт де ла Треск вместе с некоторыми просителями томился в приемной королевы Ваулетты. Он намеревался подать королеве обоснованное и аргументированное исключительно интересами высокого искусства прошение о назначении его – ни много ни мало – Главным режиссером Королевского театра. Что ж, де ла Треск был весьма разносторонний и амбициозный молодой певец.

Однако в этот день просителям было не суждено увидеть королеву, потому что всё ее королевское внимание было сосредоточено на короле. После вчерашнего Кокурекура, в котором король Камнелоб Шестнадцатый принимал участие на равных с остальными девяносто девятью рыцарями, он слегка потянул поясницу и весь день предпочел находиться в своих королевских покоях. Королева же Ваулетта, как заботливая и верная жена, решительно отменила все свои планы и была рядом с мужем, помогая ему преодолеть недуг натиранием целебной мазью, чтением вслух юмористических новелл и другими имеющимися в распоряжении красивой женщины эффективными лечебными средствами.

11. Вниз по реке

Сладкая Булочка бежала изо всех сил. Она знала, что к седлу кобылки Строптилки была прикреплена свернутая в бухту длинная и прочная веревка – рыцари возили ее с собой для того, чтобы в случае необходимости связать ею руки побежденным рыцарям и гуськом повести их в плен.