Сотая дверь. Повести с рыцарским забралом

 – Даму моего сердца зовут Сладкая Бу…

Верный оруженосец Булкан с замиранием сердца и улыбкой на устах слушал слова своего господина, но Гранмерси запнулся.

– Даму моего сердца зовут Мятная Ват… – опять засомневался и оставил в недоумении своих слушателей Гранмерси.

В груди Булкана заклокотал вулкан. «Мятная Ватрушка? Подруга-тихоня! Кого я пригрела, ой-йой-йой!»

– Ее зовут Мягкая Ириска, – наконец определился Гранмерси.

У Булкана похолодели руки. И ноги. «Кто такая Ириска? Да еще Мягкая? У нас такой вроде нет.

9. У моста и на мосту

Прохожие и проезжие, получив свою порцию удовольствия от рыцарской битвы, разошлись своими дорогами, а Гранмерси и Булкан вернулись к реке, намереваясь пообедать. В это время на мостки, вдающиеся в речку, пришли три молодые женщины с корзинами, полными белья. Они начали полоскать наволочки, простыни и полотенца, и вдруг одна из них вскричала:

– Ах, я уронила любимую скатерть моей хозяйки в воду, и ее уносит течением, а я не умею плавать! Хозяйка накажет меня!

Поскольку некомпетентная – впрочем, как знать: угрюмо склоненная голова Булкана ясно говорила о существовании высокой вероятности намеренного вброса текстильного изделия в струящиеся воды для последующего короткого знакомства с благородным рыцарем – прачка залилась горючими слезами, Парящий-на-Карнизе живо схватил свое прислоненное к иве копье и устремился на помощь вниз по течению.

Копье было длинным, речка неширокой, и Гранмерси, конечно же, удалось бы вытащить белую скатерть из воды и осушить слезы бедной работницы, однако ему не суждено было это сделать – даже несмотря на то, что он ловко зацепил кончиком копья край скатерти.

Зацепить-то зацепил, но вытащить не смог, потому что на другой стороне реки рыцарь с перламутровым ромбом на щите тоже загарпунил своим копьем видавший лучшие времена продукт ткачества и ни за что не хотел его отпускать.

– Отпусти, пустоголовый мальчишка! – крикнул с того берега Рыцарь с Перламутровым Ромбом, и в результате два рыцаря, целя в голову или грудь, должны были съехаться с копьями наперевес ровно на середине моста. Верный Булкан уже подсаживал Гранмерси в седло и подавал копье, предварительно приведя его в годное для боя состояние, отметив про себя, что теперь кое у кого в хозяйстве вместо одной скатерти будут две, размером поменьше.