Сотая дверь. Повести с рыцарским забралом

Гранмерси знал, что такое бедность, и не простил бы себе, если бы Папа Монтекарло из-за его слов остался без работы.

– Мне нечего заявить, уважаемые судьи, – стандартной формулировкой откликнулся Гранмерси, после чего не преминул проследовать к накрытым для пикника столам.

Да, по славной традиции день Кокурекура завершился грандиозным пикником в Королевском парке, а пикник завершился не менее грандиозным петушиным криком, на потеху собравшейся публике исторгнутым из груди сотого рыцаря. Гранмерси в этом деле не подвел: взобравшись на возведенный по такому случаю помост, он огласил окрестности такими звуками, что им, наверняка, позавидовал бы и сотый рыцарь прошлогоднего Кокурекура благородный сэр Кром Напевный, и сотый рыцарь позапрошлогоднего Кокурекура сэр Крэм Громкоголосый, и даже пока еще не превзойденный никем, находящийся на почетной пенсии, но неизменно приглашаемый на Майский Пикник четырехкратный сотый рыцарь сэр Крям В-Три-Обхвата.

Отсмеявшись и вытерев выступившие на глазах слезы, король Камнелоб Шестнадцатый торжественно объявил, что в анналы кокурекуров Гранмерси будет занесен под именем благородный рыцарь сэр Гранмерси Парящий-на-Карнизе, что вызвало бурный восторг и громкие крики одобрения всех собравшихся.

6. Что-то непонятное

– Как же так? Я же видела! У меня хорошее зрение! – возмущалась Сладкая Булочка, обращаясь к своей подружке Мятной Ватрушке, с которой она из-за ограды Королевского парка наблюдала за финальной стадией забега ста рыцарей.

Конечно, Кокурекур вызывал огромный интерес. Со всего королевства, и даже из соседних королевств на него съезжались любители острых ощущений. Часть зрителей занимала места на старте, другие – вблизи мостов и на набережных, третьи оккупировали столики в тавернах Камнелота, на узких улочках и маленьких площадях, через которые проходила конная гонка.

Но больше всего народа, естественно, собирал Королевский театр. Внутрь ограды Королевского парка по соображениям безопасности никого не пускали, поэтому за схваткой за окна и двери публика наблюдала издалека. В лучшем положении находились владельцы окрестных домов и жители квартир в домах, смотрящих на парк.