Что это было?

Я тебе больше скажу, Витя, – продолжал он. – Волк приходил не за козой.

– А за кем?

– Я думаю, что они приходили не за кем-то, а чем-то. В тот день, когда Бекас сцепился с волком, я был на заднем дворе. Услышав свару, я рванулся к собаке, а передо мной пролетел ворон, вот этот самый, что сейчас сидит на поленнице и внимательно нас слушает. – Заявил отец и указал на птицу, притихшую на большом полене.

Ворон, проглотив упрек, отвернулся к лесу, а отец продолжил:

– Он орал, предупреждая кого-то об опасности.

Отец задумался и тут же сказал:

– А знаешь, сынок, незнакомец был с ними. И вся эта кутерьма началась из-за него. Бекас бросился защищать дом, а волк защищать незнакомца. – Заключил отец.

Я согласился с его доводами и спросил:

– А, что ему здесь нужно? И кто он такой, этот незнакомец?

– Да, это вопрос интересный…

– И что нам теперь делать, батя?

Отец ничего не ответил, а я продолжил:

– Ворон у нас поселился не случайно, он был там в ивняке рядом с волком, он охранял его.

Мы посмотрели на ворона, который не смутился, а продолжал смотреть на нас своими черными глазами.

– Да, много я слышал баек об этой птичке. – Сказал отец и протянул к нему руку.

Тот попятился назад и угрожающе замахал крыльями.

– Совсем страх потерял. – Возмутился я.

– Страх он не потерял, это он для форса, да, черный? – Сказал отец, обращаясь к птице.

Ворон в ответ каркнул, покрутил головой и продолжил издавать звуки похожие на речь человека.

– Вот видишь, Витя, он не только слушать может, он еще и разговаривать умеет!

– Да, ладно тебе, батя. Ерунда какая-та…

– Ворон тебе не сорока и не кукушка. – Продолжал отец. – Ворон птица серьезная – умная!

Отец встал на ноги и вдруг спросил:

– Мельница-то вертится?

– Вертится, слышишь, скрипит? Только толку от того, что она крутится. Привод-то сломан – я смотрел…

– Ладно, пошли.

– Волка-то закрой. На засов закрой.

– Зачем? Куда он денется? – Возразил я, а отец сказал:

– Он хитрый. Ты в сарай-то загляни. Там его следы повсюду. Так что ходит наш раненый, хорошо ходит…

– Это как?

– А вот так! Это он перед нами такой несчастный, зубы нам показывает, а сам домой собирается.

– И что мы его отпустим? – Спросил я.

– А зачем он нам? Пусть идет. – Ответил отец, медленно продвигаясь к дому.