Что это было?

Я стал нервно прокручивать записи, в надежде разыскать желаемые кадры. Вскоре на маленьком экране видеорегистратора я увидел образ загадочной женщины. Мое сердце опять громко застучало, пульс участился и я, дрожащими руками снял прибор, чтобы дома, на большом дисплее компьютера, просмотреть видеозапись.

Через десять минут я уже сидел дома у монитора. Просматривая запись, я замечал, как тревога и какое-то беспокойство овладевало мной. Только два раза на экране мелькнул образ незнакомки, только один раз она показала свое красивое лицо, но и этого мне хватило, чтобы я нервно заходил по комнате, мучая себя вопросом – кто она?.

* * *

Поздно вечером, когда мы с Павлом Петровичем после легкого ужина перебрались в мой рабочий кабинет, мы затронули тему моего романа и плавно перешли к моему предшественнику – журналисту, который теперь стал немаловажным персонажем моего произведения. И если о его жизни и даже гибели нам было кое-что известно, то таинственная незнакомка, которая привезла его тело в крематорий, по-прежнему оставалась большой загадкой.

Петрович уже успел рассказать мне, что принял тело журналиста по просьбе своего старого знакомого по службе в органах. Он поведал мне и о том, что интересовался у него о незнакомке, на что тот отвечал, что о женщине он ничего не слышал и не знал, потому что выполнял просьбу своего бывшего начальника. На этом концы терялись и поиски загадочной женщины прекращались, доложил мне Петрович.

Здесь можно было бы и оставить незнакомку в покое, а в романе вообще упустить этот необъяснимый случай.

Нас с Петровичем мучал один и тот же вопрос – почему эта женщина привезла мертвого журналиста в крематорий, заранее зная, что он воскреснет? Зачем ей было нужно чтобы именно Петрович отвез воскресшего журналиста к ней на квартиру, в которой уже был прописан я, в теле этого бедолаги? И, наконец, почему после того, как Петрович выполнил все ее указания и позвонил по номеру, оставленному ею для отчета, в трубке телефона ему ответил голос автоответчика?.

Когда Павел Петрович, раздосадованный массой сложных вопросов, предложил выпить, я рассказал ему любопытный случай, случившейся со мной накануне его приезда. Он сразу же оставил свою затею с алкоголем и попросил меня включить запись.

Я запустил компьютер, а через две минуты Петрович воскликнул:

– Так это же она!..

Я нажал на паузу, и мы прильнули к монитору.