Проект ЮНЕСКО

Его амурной практики более чем хватало понимать, что если она сейчас уснёт, то весь их Аколь калюль превратится в вежливое ожидание обратного полёта.

…«Что же мешает мне быть с ней самим собой?»

Неожиданно для неё, он разнял её скрещенные руки, которыми она прикрывала две низкопосаженные сдутые игрушки и, приподнял её над собой. Это уж совсем не входило в её хрестоматийный план. Стыдливое замешательство быстро смешивалось с пониманием, что мальчика, за которым она закрыла тогда дверь в своей квартире, нету уже много лет:

– Гарик! Не смотри.

Его сознание выговаривало с жестокой прямотой расстаться с тридцатилетним наваждением, но разрывающая душу ностальгия не давала исчезнуть образам с портретов. Подчиняясь её воле, он лаконично прикоснулся губами к предметам стеснения и опять прижал к себе. Поцеловав в пахнущий гримёрной пудрой лоб, он стал осторожно вызывать ответ её век, суженых возрастом и усталостью от полёта.

– Гарик… милый, ну не надо. Я устала… от перелёта… Ой… Ну не надо. Не надо…

* * *

– Оронов, я тебя сейчас ненавижу, – прошептала она тихо, безнадёжно пытаясь не соскользнуть со свежего гололёда неразгаданных эмоций в тайный опьяняющий обморок.

– За что?

– За то, что ты…

У него не было выбора, кроме как последовать за ней…

August 11, 2018

Плезантвиль.

– Алло? Алло? – он среагировал на незнакомую трель, оборвавшую летаргию забытья.

«… Черт, как его включать…»

– Элина… Элина, проснись, wake up![2 - Проснись! (английский).] Твой телефон звонит, не переставая, я не знаю, как его включать. Там полно сообщений. Ты своим-то, в Израиль, позвонила после посадки?

– Да, я послала эсэмэску дочке.

– И всё? Они знают вообще, куда и к кому ты поехала?

– Нет, я не хотела вдаваться в объяснения.

– Ну, ты даешь! Я думал, что ты умнее. Как же так можно? Бери, звони им сейчас.

– У тебя вообще обо мне было и есть завышенное мнение. В этом проблема. Ой… они знают, что первое, что оказывается у меня в руках утром – это смартфон; дай сюда. Она набросила на себя включённый им в Аколь калюль халат и, выходя в коридор, начала стучать указательным пальцем по экранчику. Её голос был немного другим, чем тогда в Литве.