Встречи с ангелами

Но все же, надо сказать, он жил в Америке, где, как правило, не наказывали путешествующих во времени, порой участливо к ним относились, и иногда, если верить Воннегуту, даже повышали по службе. В нашей же стороне чудачества с подобными путешествиями категорически не приветствовались, что уж говорить об ангелах. А носители таких, совсем уж необычных, мыслей непременно признавались страдающими опасным недугом и направлялись, как говориться, для их же блага, на излечение в больницу или исправительно-трудовой лагерь, откуда выходили, исключительно, только тогда, когда вся несусветная, по общепринятым понятиям, дурь и вредоносные умозаключения из головы исчезали.

Всю жизнь Сан Саныча не покидало ощущение присутствия рядом с ним каких-то таинственных высших сил. Временами подобные чувства обострялись, и именно тогда происходили те мимолетные озарения, которые вспыхивали фейерверками неописуемого восторга и великолепных видений, аналогов которым в земной жизни трудно подобрать.

Еще в раннем детстве по ночам к Саше как будто приходили, какие-то очень добрые и заботливые, почти воздушные создания.

Если он горевал или плакал, они нежно утешали; если не спал, будто нашептывали что-то, или тихо напевали колыбельную, и он засыпал беззаботным, счастливым детским сном. Впоследствии, с годами все эти воспоминания постепенно забылись, и от них осталось только туманное, легкое ощущение чего-то светлого, что, кажется, непременно происходило, а, может быть, и не совсем. А, может, действительно, и было все это только чудесным сном.

Как соприкосновение с волшебством, или, вернее, с колдовством, в понимании ребенка, запомнился один эпизод.

Еще совсем маленького Сашу чрезвычайно мучила пупочная грыжа, с которой доктора без операции ничего поделать не могли, и мать отправилась с ним к местной знахарке для лечения заговором. Знахарка оказалась древней старухой с иссохшим, морщинистым, серым лицом и худыми, жилистыми руками. Всем своим видом, сгорбленной старческой фигурой, она напоминала колдунью.

Саша лежал на старой металлической, застланной обветшалым сырым бельем кровати, в темной, мрачной, маленькой комнате с обшарпанными обоями и с ужасом смотрел на склонившуюся над ним "колдунью". Последняя долго что-то нашептывала, не то молитвы, не то заклинания, осуществляя пассы руками над распластанным детским тельцем. В завершении вдруг перекрестила Сашу и положила на него свои некрасивые, как казалось, даже страшные руки.