Трофей для тирана. Том 1. Черный король

Игрушка правителя должна быть такой, чтобы ему завидовали даже боги, особенно если этот правитель ? тщеславный Виндор Ройдо Тиндор.

? Ты принцесса Канелия? – спросил у нее низкий скрипучий бас, такой ненавистный, что даже перемены в нем не могли изменить ее чувств.

Канелия закрыла глаза, чуть приподняла голову, чтобы маска не мешала видеть всё ее смирение, и ответила:

? Я была ею, господин.

? Была? – насмешливо переспросил голос, обладателя которого ей так не хотелось видеть.

? Я ваша раба, повелитель, ? тихо ответила Кенли, словно в ней не было сил даже говорить.

? Ты помнишь, что обещала убить меня?

? Да, хозяин, и мне очень стыдно.

? Стыдно? – насмешливо спросил король Тиндора. – И ты даже готова целовать мне ноги? Так легко?

? Все что угодно, господин, ? тихо ответила Кенли, ? если только это поможет хоть немного загладить мою вину перед вами.

Король рассмеялся. Музыка куда-то исчезла, а к его зловещему громогласному хохоту присоединились тихие смешки. При короле даже его приближенные не смели по-настоящему веселиться, но настроение правителя старались поддерживать.

? Посмотрите на нее, и это наследница воительниц Астора. Я же говорил ? шлюхи горные!

У Кенли дрогнули пальцы, так хотелось сжать их в кулак и сказать, что шлюха в этом мире он сам, потому что все пороки человеческие отымели его, как им заблагорассудилось, а он даже не заметил, но такие мысли и речи Кенли стоило оставить при себе.

? Я прощу тебя, ? внезапно сказал король таким надменным и холодным тоном, словно это не он только что заливался хохотом, ? если ты отработаешь за весь свой народ.

? Спасибо за честь, повелитель, ? робко прошептала Кенли, словно наивная девочка, а потом резко поднялась на ноги с грацией кошки.

Она с самого начала знала, зачем сюда идет, достаточно знала о манерах и предпочтениях этого человека, оставалось надеяться, что они не изменились, и его прежняя любовница Нина не стала невольной обманщицей.

Кенли решила не открывать глаза только чтобы не видеть других лиц, не вспоминать, что это все происходит с ней на виду у чужаков, не умеющих даже добровольно смеяться.

Она улыбнулась, нежно и кротко, развернулась спиной и, резко отбрасывая юбку в сторону, опустилась вперед, буквально складывалась пополам, упираясь руками в бархатный ковер у собственных ног.

Ее обнаженные бедра и ягодицы теперь были прямо перед королем.