Трофей для тирана. Том 1. Черный король

Он молча изучал Канелию взглядом, пока слуги ставили в центре комнаты высокий квадратный стол, устанавливали рядом с ним стулья с диковинно высокими ножками, но идеально подходящими к принесенному столу, располагали шахматную доску, расставляли фигуры и наполняли два бокала багрово-красным вином.

В комнате запахло вишней и корицей. Только тогда Канелия поняла, что все это время внимательно смотрит на Ноктема, прямо в его темные глаза, и не таится, словно ее вид и взгляд не могли выдать правды о ней и ее мыслях.

Когда дверь закрыл безмолвный смотритель дворца, подгонявший слуг, принц жестом предложил Канелии занять одно из мест за столом.

? Я пришел предложить тебе игру, ? сказал он, расстегивая камзол, чтобы было удобнее сидеть.

Канелия уже не сомневалась: ее проверяют, но что с этим делать, она не знала, потому старательно изобразила улыбку и села за стол, заранее зная, что должна проиграть.

На этот раз принц не стал разыгрывать фигуры, а походил белой пешкой, взял свой бокал и сделал глоток.

Канелия походила черными и тоже попробовала вино, буквально пригубила, чтобы ощутить вкус.

Принц сделал новый ход и заговорил:

? Суть игры очень проста. Ты задаешь вопрос мне, я отвечаю. Затем спрашиваю я, и отвечаешь ты. Самое забавное в том, что врать нельзя.

Он улыбнулся, и в этой усмешке она увидела ту самую ненавистную улыбку короля. Игра была не на шахматной доске и даже не в предложенных правилах, она была во всем, и потому была действительно страшна.

Не обдумывая хода, Кенли передвинула фигуру и спросила:

? Если же я откажусь играть?

? Откажись и узнаешь, ? ответил принц, делая еще один глоток вина, и только затем небрежно переставил фигуру, добавляя: ? Только не забывай, что я не привык к отказам.

Он не угрожал, а дразнил ее, только сути это не меняло. Кенли сразу поняла, что в действительности у нее нет никакого выбора, но ведь это не обязывало ее не врать. Она могла сыграть что угодно, важно было понять, какая именно игра нужна для принца, если уж игра для короля ему не по вкусу.

Подумав немного, словно предстоящий ход мог решить судьбу всей шахматной партии, Канелия снова переставила фигуру, сделала глоток вина, чтобы не привыкшее к алкоголю тело расслабилось, а затем задала свой первый вопрос:

? Зачем вам играть со мной? Вы же могли просто приказать мне отвечать.