Иностранец. Друзья и враги

Я лишь заставляю его понимать, что он должен восстанавливаться, а не спать, – сказала Катя уже не как учитель, а как человек, объясняющий кому-то простые вещи, которые этот кто-то не может понять.

– А как же тогда спинной мозг? – решил схохмить я. – Его восстанавливаете?

– А его как раз таки восстанавливаем, – сказала Катя. – Это уже не чистая менталистика, а нечто вроде сплава ментальных техник и простого целительства.

– Круто! – в очередной раз не сдержал восхищенного возгласа я.

– Еще мы с детьми работаем! – заулыбалась Катя. – Это классно. Они клевые и меня любят. У меня рисунков много. Мне постоянно что-то дарят.

– А что дети? – не понял я.

– Бахир, конечно, заботится о том, чтобы плод развивался хорошо. И у многих это так, но случаются отклонения в поведении и в психике ребенка. Есть аутисты, которые не всегда принимают окружающий мир… Много всякого.

– Слушай, если все так, то почему я ничего подобного не чувствовал? Что-что, а то, что у меня есть комантоку рода, я помню, но никаких считываний мыслей и эмпатии у меня никогда не было.

– Ну, для начала учиться в роду начинают после семнадцати лет. До этого идет общая подготовка. Эмпатия, мыслесвязь, умение вводить в сон и навязывать свои желания. Помимо этого идет обычное целительство, прикладная психология, гипноз.

– Гипноз? – не понял я.

– Да, это одна из базовых техник защиты – возможность загипнотизировать врага.

– Э… А почему не какое-нибудь ментальное воздействие? – не понял я.

– Потому что нельзя ребенка подобному учить, мало того что кого-нибудь убьёт, так еще сам в своем уме не останется. Дети вообще более хрупкие, и нельзя несформировавшееся сознание допускать в чужую голову. А что касается тебя, то я чувствую некоторую странность. Наверное, блокиратор нанес урон твоему развитию. К тому же ты никогда не делал медитации для того, чтобы направить мыслительные потоки не внутрь, а наружу.

– Чего? – не понял я.

– Не тренировался по клановым методикам! – почти по слогам сказала Катя.

– Слушай, а ты меня научишь? – спросил я.

– Ты хочешь научиться? – спросила она.

– Конечно, – я был доволен и деловит. – Ты тут месяц. Что там будет дальше – не знаю, но мне кажется, что я бы с удовольствием начал тренировки. У меня, кстати, отдельный тренировочный зал есть.