Борец. Нужно просто остаться в живых

 – О, Генри! Почему ты избиваешь моего оруженосца?

– Парик, дело в том, что твой оруженосец совсем не обучен манерам. Да еще назвать меня сержантом, а моих бойцов быдлом. Это нужно обладать недюжинной смелостью или быть тупым как мул, причем я склоняюсь ко второму варианту.

– Ох, Генри, твой язык все также остер, прими же мои извинения за моего подопечного.

– Да не стоит, Парик, просто научи его общаться с теми, от кого будет зависеть его жизнь и жизнь его братьев рыцарей, претензий нет.

– Чудной! Помоги оруженосцу сэра Парика залезть в седло, – улыбаясь, сказал лейтенант.

– Да, лэр! – бодро ответил я и трусцой побежал к лошади. А хорошая память у лейтенанта, запомнил. А вот хорошо это или плохо узнаю я позже. Помогая встать оруженосцу, поставил его в вертикальное положение. Потом вытянул колено и положил на него ладони. Он смерил меня презрительным взглядом. Запомнил, понял я, ведь я был свидетелем его позора. Баран! Не надо было понты колотить, никто из нас все равно не оценил!

– Давайте, сэр оруженосец, – мягко и с честнейшим лицом деревенского простачка, сказал я.

– Извините еще раз, сэр Генри. Всего доброго, – сказал сэр Парик, разворачивая коня и отправляя его к ожидающим спутникам.

В этот момент сэр Генри сплюнул и грязно выругался, а оруженосец прилег на землю второй раз. Все дело в том, что когда он на руки мне становился, меня «якобы случайно» повело в сторону. Оруженосец подскочил с криком: «Держи крепче!» – попытался повторить свое намерение, но опять растянулся.

– Вот так и будем со всяким хамлом поступать, – шепнул я Лексу, глядя вслед оруженосцу. И опомнившись, разворачиваюсь к лейтенанту, подталкивая Лекса.

– Лэр, ваше приказание выполнено, – как обычно бодро доложил я.

– Оксли! Зови остальных, уходить нужно, – с мрачной улыбкой сказал он.

Так началась новая страница моей жизни.

Когда пришли в лагерь, солнце уже окончательно встало. Была приятная погода, теплый ветерок приятно обдувал тело. Я бы даже сказал, что все очень здорово, если бы мы не бежали. Лейтенант сказал: что если кто – нибудь отстанет, то на этого человека он оденет кирасу и заставит в ней находиться постоянно.