Жертва вечерняя

– Я то считаю, что мы должны действовать по уставу, – утверждал штурман. – Загнать всех по каютам, и ждать приказа.

– Состояние людей не позволяет изолировать их, – вздохнул Эркин. – Они все на грани срыва.

– Я хотел бы знать, – сказал капитан. – Этот кризис порожден ситуацией, или он генерирован искусственно.

Все изумленно глянули на него.

– Откуда такие подозрения, капитан? – спросил Фред. – Снова, теория заговора?

– Конечно, легче всего сослаться на недобрую волю неизвестных негодяев, – усмехнулся Бернарди.

Капитан вздохнул.

– Тут есть ряд несовпадений, господин Бернарди, – сказал он. – Мы все знаем, что инпаты зарождаются, как правило, в темных территориях, в процессе освоения новых пространств. Но «Вольный стрелок» шел по курсу, где ходят сотни кораблей обитаемой зоны. И эта девушка, как я понял, не из числа открывателей. Где она могла подцепить чуму?

– Где? – повторил вопрос Эркин.

Капитан глянул на него.

– Я не поленился проанализировать ее биографию, – сказал он.

Всевидящее Око, организация духовной безопасности, действующая под эгидой Синедриона, не относилась к числу авторитетных учреждений, и потому заявление капитана не произвело большого впечатления.

– И что? – спросил штурман. – Думаете, ее заразили церковники?

– Она восемь лет работала в лаборатории по исследованию дионисийских оргий, – сказал капитан.

Бернарди кашлянул.

– Не совсем так, капитан, – чуть усмехнулся он. – Дионисийские оргии, это форма древних медитаций. Ничего особенного, если именно это вас беспокоит.

– Я вспомнил, – сказал Фред. – Она прекрасно исполняла танец вакханки.

– Вряд ли это имеет отношение к нашим проблемам, – сказал Бернарди. – А что касается заражения инпатами, капитан, то там бывают самые удивительные причины…

Совет этот закончился безрезультатно.

Напряжение разрядилось, когда, наконец, пришел ответ из Центра. Во-первых, это ясно означало, что диалог с Центром не оборван, что их слышат и о них думают, а во-вторых, им шли навстречу. Рейдер «Вольный стрелок» направлялся на посадку в отдаленную колонию Пальма, где экипаж и пассажиры могли пройти «реабилитационное исследование» и дожидаться компетентной комиссии для решения своей судьбы. Напряжения и безысходности сразу поубавилось.