Акулья гора

Сбывается высокий смысл вашего ожидания.

– Да, – вздохнул Стас.

– Понимаю ваши трудности, – кивнул Оленин. – Мир катастрофически изменился, так что вам предстоит тяжкий период адаптации. Вы понимаете, о чем я?

Стас только кивнул. Буквально неделю назад Оленин выступал перед заключенными с рассказом о том, как повесился инженер Квитко, который тоже отсидел много лет, и не принял нового мира. Лекция была посвящена правилам адаптации, но было ясно, что причин этого самоубийства сам Оленин так и не осознал.

– Кстати, вы напомнили, – Оленин склонил голову.

Стас выдержал паузу. Конечно, супервайзер знал, за что ему дали такой срок, и потому этот вопрос был выходом на проходной тест.

– Я участвовал в военных действиях, – произнес Стас.

– Это я понимаю, – кивнул Оленин. – Мне непонятно, как вы уцелели? Как мне помнится, с вашим братом разбирались довольно круто.

Стас опять выдержал паузу.

– Наверное, – произнес он, – это было необходимым явлением.

– Разумеется, – кивнул с улыбкой Оленин. – Только давайте не будем лукавить, Станислав Семенович. Ведь вы так не думаете?

– Я стараюсь вообще об этом не думать, – сказал Стас.

– Тоже правильно, – согласился Оленин. – Забыть о прошлом, это первое правило адаптации. Вы в каких войсках служили?

– Я был полковым священником, – отвечал Стас.

Оленин невольно рассмеялся.

– Вы были священником?

– Разве об этом не написано в моем деле?

– Там вы названы политработником, – пояснил Оленин.

Стас только пожал плечами.

– Вы так тщательно маскировались, – проговорил Оленин, глядя на него пристально.

Стас вздохнул.

– Что мне было маскировать? Я не прятался от ответственности.

– Церковь сейчас в почете, – напомнил Оленин. – Почему они за вас не заступились?

– Меня лишили сана, – сказал Стас.

Оленин невольно усмехнулся.

– Вот вам и ваша церковь, – сказал он. – Такие же чиновники перестраховщики, как и везде.

– Нет, нет, – поспешил возразить Стас. – Меня лишили сана на законных канонических основаниях. Ведь, в конце концов, мне пришлось взять в руки оружие.

– А, – Оленин поднял палец. – Так вы все же повоевали? И сколько крокодилов вы убили?

Стас кашлянул.

– Господин супервайзер, – произнес он осторожно.