Совсем голову потерял

– Могу под присягой опознать, что наверно, живой, несмотря на молнию в ботинке! – поддержал он ее. – Встает до пояса. Но чепуху несет. Что делать с чепухой?

Доктор, вздохнув, взял руку Никиты, стал нащупывать его пульс и успокаивать присутствующих:

– Живой он и до пояса, и после пояса. Сейчас проверим дальше.

– Вы не дальше, а сразу башку проверьте! – решил показать, дед Филя, что он тоже разбирается в недугах и методах их лечения.

Доктор, снисходительно посмотрев на деда, заметил ожог на ладони больного, и нахмурился.

Но тот неожиданно резко открыл глаза, вырвал термометр из рук доктора и направил его на горло своего «обидчика»:

– Презренный римлянин! Мою голову меч не взял, а ты хочешь этим маленьким кинжалом меня пощекотать?

Не ожидавший такого поворота событий, доктор стал успокаивать его:

– Всё хорошо! Это не кинжал, а обычный термометр! Его уже нет у меня. И у вас не должно быть! Я его отпустил, и вы тоже отпустите, а потом мы вместе во что-нибудь другое поиграем.

Никита расслабился, снова прикрыл глаза. Доктор, быстро вернул термометр в чемоданчик, затем осторожно взялся двумя пальцами за правое верхнее и нижнее веко больного, раздвинул оба века.

– Замечательно! – заметил он. – Глаз нормальный, хотя в нем что-то типа молнии сверкнуло. А когда несли, не роняли? Ничего не повредили?

Поскольку Алла задумалась и молчала, дед Филя снова взял инициативу на себя:

– Дерево он немного повредил, но кора – почти в порядке и зарастет.

– Кора головного мозга – это опасно. Надо провериться обязательно.

Алла очнулась и добавила:

– До коры он с молнией был, про которую дед говорил.

Никита снова открыл глаза:

– Я был не молнией, а быстрее молнии! Я был самым быстрым менефитом в полку «Ра»! Я мог делать три движения, пока мой противник делал одно!

Доктор снова переключил внимание на больного:

– А что вам больше всего запомнилось до движений и дерева? Что вы видели интересного для вас?

Никита глубоко вздохнул:

– Я видел! Видел ее! Она была прекрасной!

– Чего-о-о? – не выдержала Никитиных откровений Алла.

– Я видел мою царицу!

– Так и знала! – вспыхнула Алла. – Опять Майка совалась!

– Она сказала, – продолжил Никита, – что подарит ночь любому, кто…

– Как же! Она – подарит, если сено ей накосишь и дров нарубишь. Она одна живет.