Несколько тёмных историй

– Я не верю ни одному твоему слову, любитель индейцев, но что бы ни произошло, я не собираюсь отвечать за краснокожее животное!

В его голосе явственно звучала угроза. Его сыновья и ковбои напряглись.

– Лучше ответить в суде за индейца, чем за белого человека, да ещё и шерифа, – промолвил Логан. Всё тело у него заныло в предчувствии свинцовых шмелей, готовых впиться в него, однако шериф не подал виду. – О том, что на самом деле произошло между Джилом и Рваной Губой, уже знает весь Саммерстаун. Как и о том, что я поехал за вами.

Это была ложь, но близкая к правде: перед отъездом он написал записки для окружного судьи и других высокопоставленных людей. Если Стэн не подвёл, они уже извещены, что линчевание индейца было на деле бессмысленным убийством, сопряжённым с незаконным проникновением в офис шерифа.

Паттерсону хватило ума здраво оценить слова Логана.

– Ты пожалеешь об этом, – выдохнул он и крикнул: – Эй, парни! Разворачивайте коней! Придётся ещё погостить в Саммерстауне – до тех пор, пока не вытрем ноги об этого придурка, по недоразумению нацепившего шерифскую звезду…

***

На обратном пути Логан с тоской думал о том, что самоуверенность Джареда, вероятно, не напускная.

Если дело вообще дойдёт до процесса…

Джаред поменялся местами со своим братом на передке фургона и раскурил сигарету.

– Что-то ты невесёлый, любитель индейцев. Кажется, начинаешь понимать, что добровольно сунул голову в петлю?

– Хватит называть меня так.

– Врёшь. Когда ненавидят индейцев, не говорят об этом так спокойно. У тебя голос человека, который никогда не сталкивался с их жестокостью и коварством.

– Они убили мою жену и двух детей, – проговорил Логан, глядя перед собой. – Я служил в кавалерии. Упросил перевести меня в отряд, который совершил ответный рейд. Я отомстил сполна. Так что не рассказывай мне о жестокости и коварстве.

– Так ради чего ты связался с нами? – помедлив, спросил Джаред.

– Ради закона.

– Двуногие животные не заслуживают закона.

Логан промолчал. Он сожалел о вырвавшихся словах. Меньше всего на свете он хотел вспоминать прошлое.

Его не было дома, когда это произошло. Соседи показали только могилу, на которой было написано три самых дорогих для него имени. Логан не помнил, сколько времени простоял над ней, оглушённый пустотой бытия.

Он действительно отомстил сполна.