Ремесло Небожителей

Но если Мави нет, у кого искать помощи? Не у Капошей же! Он пошёл за Эдалью.

Бакалейщица провела его в крохотную каморку, где кроме стула, конторки и заваленных бумагами полок и не было ничего.

– Садись и рассказывай. Всё по порядку с того дня, как вы ушли искать Кветтину, – приказала.

Трай опустился на стул и тут же спохватился – стул один, значит, женщине придётся стоять перед ним? Хотел вскочить, но Эдаль удержала:

– Сиди-сиди!

Поддёрнула короткое, до колен, платье и лихо взгромоздилась на подоконник.

Трай подивился – разве такое пристало богатой госпоже? Невольно задержал взгляд на оголившихся ножках. Коленки у Эдали были округлые, голени чистые, стройные, без синих прожилок вен – как у молодой, – лодыжки узкие.

Заметив взгляд парня, женщина усмехнулась:

– Ноги мои можешь разглядывать, сколько угодно. Но при этом не забывай говорить.

Трай смутился, отвёл взгляд и принялся рассказывать. Подробно, ничего не пропуская, не утаивая – как собирался рассказать Ламавину. Когда дошёл до рассыпанных по лесу бумаг с портретами и перевёрнутой двуколки, Эдаль его прервала.

Соскользнула с подоконника, тихонько прокралась к двери, прислушалась. Покачала головой:

– Что-то здесь многовато лишних ушей. Пойдём-ка в дом?

В дом так в дом, Трай не возражал. Он собирался вернуться в торговую залу и оттуда на улицу, но Эдаль повела другим путём – по тёмному коридору, через какой-то чулан, оказавшийся и не чуланом вовсе. А потом Трай сообразил, что они стоят под лестницей в доме Ламавина – вошли в заднюю дверь.

На середине лестницы Эдаль спохватилась:

– Ты же, наверное, голодный? Есть хочешь?

Трай хотел ответить, что потерпит, но живот опередил – громко заурчал. И парень осознал наконец, до чего проголодался. Если не считать булку, что всё одно выблевал, то и не знает, когда ел последний раз. Он быстро кивнул.

– Тогда не так поступим, – рассудила хозяйка. – Не обидишься, если я тебя в кухне приму? Чтоб еду далеко не носить.

Она, должно быть, шутила? Какая разница Траю, где его «примут», если и накормить обещают? В кухне оказалось даже лучше, потому как вся она была пропитана вкусными запахами.

Эдаль поставила перед гостем кусок жареной свиной лопатки, пусть холодной, но всё равно вкусной, туесок с малосольными огурцами, положила полбулки пшеничного хлеба и лишь после этого присела напротив, приготовилась слушать.

Ламавин пришёл, когда от еды на столе ничего не осталось, а Трай рассказывал, как проснулся в лазарете.