Ремесло Небожителей

Теперь, когда Кветтине исполнилось шестнадцать – взрослая! – в неё были влюблены оба. И если выросший белокурым красавцем Трай пока что робко вздыхал, поджидая случая, то рыжий шёл напролом к поставленной цели.

– Где вы бродили столько времени? – Ламавин ревниво покосился на Трая. – Вона, курица остыла. А я ж нарочно у мамаши Тулу просил горяченькую, чтоб вкуснее было.

– Леший с ней, с курицей! – хохотнул Ардис. – Вино нагреется – это да!

Он как раз раскладывал подстилку на берегу ручейка. Корзины со снедью стояли рядом, ещё не распакованные.

Ясно было, что ребята опередили Кветтину и Трая не больше, чем на пять минут.

Девушка присела возле корзинок, сунула руку под тряпку:

– Тёплая, тёплая, не ворчи. Ты лучше Траю новость скажи, а то он ничего не знает.

Ламавин самодовольно осклабился.

– Не, насухо такое не рассказывают, – наклонился, вытащил из второй корзины литровую бутыль с длинным горлышком. Выдернул пробку, поднёс горлышко к носу, втянул аромат. Зажмурился блаженно, подал бутыль Траю.

 – Видал, чем поить вас буду? Настоящий «Весурский лоцман», семь форинтов за бутылку!

– Ого, – уважительно протянул Трай.

– А ты думал! Я ж задаток взял у господина Фа… – Рыжий поспешно прикусил язык, чтобы не проговориться раньше времени. – В общем, я свою удачу поймал за хвост и теперича нипочём не отпущу.

– Вы долго нюхать будете?! – прикрикнул снизу Ардис. Они с сестрой успели разложить на подстилке снедь, расставили глиняные кружки. – А ну садитесь. Наливать пора!

Присели.

Налили. Выпили. Вино впрямь было недурственное. Во всяком случае, лучшее из того, что Траю доводилось пробовать. Подумать только – семь форинтов! Мастер Капош себе такого не позволял даже на праздники. Самые красивые из расписанных Траем кувшинов шли по форинту за штуку, а то и по полфоринта, по четвертаку, по три медяка.

– Знатное винцо! – похвалил и Ардис. Тут же разлил по второй.

Вино и само по себе было хорошим, а с жареной курятиной, с сочной зеленью, с мягким пшеничным хлебом, с брынзой – так и вовсе! Ардис и третью бы налил незамедлительно, но Ламавин поспешно отставил бутыль – надо же растянуть удовольствие.

Посмотрел на жующего Трая.

– Ну? – поторопил.

– Чего? – не понял тот.

– Расспрашивай давай!

– А-а! – протянул Трай, не переставая жевать. Жареное мясо у Капошей подавали редко. Всё больше каша, постный суп да квашеная капуста. – Говори, с кем ты меняешься?

Веснушчатое лицо Ламавина расплылось в улыбке.

– Не, ты угадай.