Город следопытов: между тьмой и светом

– Ради столь великого дня я прощаю тебя, – промолвил Кир.

– Спасибо, сир, – упав на колени и целуя его туфли, проговорил канцлер. – Какие будут приказания?

– Пока никаких. Чтобы полностью восстановить свои силы, мне нужно ещё крови, но слишком часто творить заклятье мне нельзя. Вечером я отведаю крови нашей юной особы. А завтра с утра допью кровь нашего юноши, и тогда мы начнём творить великие дела, такие, до которых все наши победы были всего лишь игрушками. Кровь этих созданий не просто кровь, а королевская кровь; неспроста после заклятья она приобрела благородный голубой оттенок.

Слыша это, Эльза ещё больше опечалилась и приготовилась к худшему. День для детей пролетел как одно мгновение. За окном начало смеркаться, и Курт пришёл в себя. В тронном зале короля не было. Он ушёл по каким-то своим делам, и дети были одни.

– Эльза, ты как? – спросил Курт. Голова у мальчика ещё сильно кружилась, и боль в руках пульсированием отдавалась в его мозг.

– Я нормально, как ты сам, братик? – ответила девочка.

– Бывало и лучше, – Курт выдавил подобие улыбки.

– Король-самозванец пообещал вечером отведать моей крови, – с горечью сказала Эльза.

– Я попробую защитить тебя, сестрёнка, у меня к лодыжке пристегнут небольшой кинжал (эти идиоты не обыскивали меня, веря в собственные силы), но для этого мне нужно освободиться от пут, – с надеждой сказал принц и начал тереть верёвку о прутья решётки.

На лестнице, ведущей в тронный зал, послышались шаги Кира.

– Боже, он уже идёт! Курт, будь осторожен, – попросила брата сестра.

– Ну что, милая моя, заждалась меня? – зло улыбаясь и подходя к двери клетки, произнёс король-алхимик.

Эльза удостоила его только горячим ненавистным взглядом. Схватив девочку за шею, мучитель отволок её к кандалам и, щёлкнув замками, приковал к стене.

Курт яростно тёр верёвку о стены клетки, пользуясь тем, что король не обращал на него никакого внимания. Мучитель был поглощён своим злодеянием и упивался каждой минутой власти над беззащитными детьми.

Глаза Эльзы расширились от ужаса, когда она увидела острие жал машины пыток.

– Нет! – закричала она в ужасе.

– Да! – ухмыляясь, в тон ей ответил Кир.

В это время Курт освободился от пут. Голова мальчика всё ещё кружилась, но ненависть и жажда спасти сестру придавали ему сил. Он осторожно встал на ноги, достал кинжал и аккуратно отвёл шпингалет клетки, отворив дверь.