Иван стрелец. Песчаная башня

с двускатной крышей, засыпанной снегом. Чуть дальше угадывалось ещё два-три строения поменьше. Между ними стоял крытый колодец, и рядом с ним большой навес. На звук въезжающих возков, лошадиное ржание и человеческие окрики из первой постройки появились двое, один в зипуне и шапке из овчины, другой в шубе,но простоволос.

–Придержите коня – приказал Телепнев ,спрыгнул на землю, и утонул по щиколотку в снегу.Он направился к немецкому возку думного дьяка, а из возка боярина Кваснина-Окорокова к ним уже спешил его боевой холоп и слуга Беда.

Иван приняв коня от Телепнёва. перепоручил его другому стрельцу, и приказав распрягать, да устраивать, если тут вообще такая есть, лошадей в конюшню, пошёл следом за своим начальником ,закинув на плечо теперь изрядно мешавшее ему царское знамя.

Из немецкого возка уже вылез кутавшийся в шубу Телятьев, за ним думный стряпчий Алтын Потрохов. Стоял он чуть позади. как обычно полусогнутый .словно выказывал почтение спине дьяка Кручины.

Всё собрались в кучку, тот из местных, что был в шубе, спросил на немецком:

–Что угодно господам?

И тут толи ветер как то по особенному подул, то ли и в самом деле, раздался будто бы волчий вой, за ним ещё и ещё.

–Волки?! -заволновался он.

–Фолки! -подтвердил подошедший Кукишь, -так они фоют на моей фатерланд…когда пощуют допыщу.

–О ком это ты… дурак! Пойдём ка в дом, там и поговорим!

Хозяин постоялого двора ждал.

–Кто толмачить то будет! Иван…или Кукиш-зло проговорил Телепнёв уже весь облепленный снежными хлопьями-А ты, -обернулся он к Беде-веди боярина в дом!

–В дом нас веди, хозяин -крикнул Иван.

Хозяин понял и поклонившись указал путь рукой, а его слуга в овчине засуетился перед гостями, побежал открыть и придержать двери в дом.

–Останься! -прикрикнул на него хозяин -Покажи куда лошадей ставить, да помоги возки под навес затащить!

–Отщего же срасу дурак! -остался возмущаться Кукиш, которому Телепнёв приказал вместе с Бобром проследить как разместят посольских лошадей и прочее добро.

Дверь хоть и была широкой, но низкой, так, что все входившие поклонились своему временному обиталищу, и через небольшие, в три шага сенцы, оказались в самой утробе постоялого двора. У самого входа стояли три длинных и широких стола в ряд, скамьи. У задней стены горел большой камин, горел слабо, словно догорал в нём огонь. На огне стоял котёл. что-то в нём варилось. Дальняя часть помещения терялась в полумраке.