Реконструкция. Возрождение

– Что же, что же, что же, – как любой одинокий человек, зачастую разговаривающий сам с собой, Свен, задумчиво бормоча себе под нос, чертил, чертил и чертил, нещадно расходуя бесчисленные коробки мела. – Что ж за чёрт! Где же не сходится? До пятидесятой страницы всё прекрасно работает, пока не подключаются линии вероятности. Что же я каждый раз пропускаю? Мне бы хоть какую-то подсказку…

Время текло. Схема так и оставалась незаконченной, хотя, казалось, изобретатель перепробовал все возможные варианты решения этой задачи, курсируя напротив доски, словно тигр, запертый в клетку.

И вот однажды чудо все-таки произошло.

В то утро Свен так и не смог понять, каким непостижимым, невероятным образом головоломка внезапно сложилась. Ведь всё действительно было на виду. Решение всё время находилось у него под носом. Так просто.

Но радовавшийся Свен внезапно пришёл к другому, немаловажному и не более странному выводу.

Вот и в то утро его аудитория была заперта изнутри, подойдя к двери, он на всякий случай подёргал ручку и, вернувшись к исписанной доске, запустил перепачканные мелом пальцы в волосы, не в силах отвести взгляда от конечной цифры «три», к которой чьей-то неведомой рукой была пририсована вторая половинка, образующая знак «бесконечности».

Приблизившись, Свен протянул руку, всё ещё не веря в реальность происходящего, и осторожно коснулся свежепририсованной линии кончиками пальцев, на которых остался меловой след, и задумчиво, словно во сне, растёр его подушечками. Факт оставался фактом. Машина, с помощью которой становилось возможным путешествовать как во времени, так и в пространстве, не на страницах книг, а в реальности, наконец-то была изобретена.

Эта задача казалась парадоксально более неразрешимой, чем та, которую он перед собой ставил, чтобы закончить чертёж. Кто мог попасть в закрытое помещение? Обойдя аудиторию, Свен методично одну за другой раздвигал тяжёлые шторы и проверял плотно закрытые рамы окон.

Бессмыслица. Второй вопрос был ещё более запутанным.