Джинн Искрюгай в любви и на войне

Тогда он проник на камбуз, взял сухари и пресную воду, подумав, добавил солонины и две бутылки рому; на обратном пути заглянул в кубрик, в нём нашлось несколько сухих одеял. По привычке чуть было не отправился искать судовую казну и журнал, но вовремя одёрнул себя: «Это уж точно не моё дело!»

Вылетев наружу, он вручил удивлённым морякам припасы и хотел уже развеять остатки заряда, как вдруг заметил, что с северо-востока стремительно накатывает огромный вал. Он буквально подминал под себя штормовые волны и рос, увеличиваясь на глазах.

Искрюгай рывком поднял шлюпку в воздух, пропуская под днищем чудовищную массу враждебной стихии. Вслед за первым валом шли три других, поменьше, но даже между ними, кажется, можно было различить рельеф морского дна. Удерживая шлюпку с замершими от ужаса смертными, молодой джинн огляделся, но вокруг царил всё тот же хаос, невесть откуда взявшиеся валы стремились к горизонту. Терпящее бедствие судно исчезло без следа.

Но вот воды внизу начали успокаиваться. Искрюгай опустил шлюпку – чуть не выронил на последнем дюйме, но из моряков никто даже не охнул.

Чистая работа! Всё на энергии бутыли, а сам и не устал. Почти. Но, по правде говоря, хвалиться нечем, будь он на службе, его за такое спасение в шею бы гнать стоило: невесть сколько народу погибло, ценности идут ко дну, а уцелевшие брошены на произвол судьбы посреди бурного моря.

С другой стороны, хоть что-то сделал – уже хорошо…

–Здорово, морячки! – поприветствовал он смертных, зависнув над шлюпкой.

–Благослови вас Господь, сударь! – ответил ему один из них – капитан – по-заморски. – Вы появились как нельзя более вовремя.

–Да где уж вовремя, – махнул рукой Искрюгай и добавил, не без труда подбирая слова (с заморским у него было не очень): – Ведь я спас не всех?

–Не всех, но у нас на борту было не много разумных, – ответил капитан.

–Знаю. У нас сейчас война с маридами, так вот, тут битва была.

–Во имя Господа! – вздрогнул капитан. – И вы ещё нашли время прийти нам на помощь? Я всегда говорил, что джинны вовсе не жестоки и бездушны, как считают многие сухопутные крысы… Позвольте ещё раз поблагодарить вас, сударь!

–Не за что.