Колыбель за дверью

Первая затяжка вызвала тяжелый спазм, и желудок попытался было низвергнуть свое содержимое наружу. Но, то ли содержимое было слишком незначительным, то ли сказалось многолетняя школа – так или иначе, а дело пошло. Давясь и кашляя, Картузов наполнил комнату клубами дыма, то и дело прикладываясь к носику чайника.

Сидя на покосившемся стуле, дымя сигареткой и попивая воду, он встретил рассвет.

Ровно в шесть часов тридцать минут зазвонил старый будильник.

Максим Андреевич поднялся со стула, выключил шипевший пустым эфиром телевизор и отправился на кухню кипятить чай.

Новый день неизбежно начался.

Глава 2

Максим – Новости на службе

Где только не пришлось служить Максиму за свою жизнь. На каких только должностях не довелось работать.

Сын профессора словесности Ленинградского Государственного Университета, Максим Андреевич Картузов, окончивший заведение с отличием и красным дипломом, даже не помышлял в бытность студентом, с какими производственными задачами ему придётся столкнуться.

Все прочили ему блестящее будущее, аспирантуру и место на кафедре, а к тридцати докторскую степень. Да так бы оно и случилось, не реши он «сходить в народ» и поработать в должности простого преподавателя русского языка и литературы.

Картузов был поздним ребёнком от второго брака, как следствие, любимым сыном – кстати, единственным. Была ещё старшая сестра по отцу, но с ней Максим даже не был знаком: мутная история, о которой папа не распространялся.

Максим, весьма лапидарно, объяснил пожилому родителю все свои устремления, порывы и твёрдо стоял на своём.

Папа выслушал, скандала затевать не стал – любимец, как ни крути – напротив, благословил на «народничество», тем более, что это был плюс для биографии будущего профессора.

Таким образом, Картузов, или Макс, как называли его друзья: во-первых, Максим, а во-вторых, аббревиатура первых трёх заглавных букв – имени, отчества и фамилии – получил направление в «обычную» элитарную среднюю школу.

Он любил своих учеников, а ученики любили его.

Такое тоже случается. Максим Андреевич жил в гармонии с миром, но на беду полюбился с учительницей химии, Лидочкой.

С тех пор, Картузов часто повторял: «Я – жертва неудачной химической реакции», не уточняя, впрочем, какой именно. Лидочка через год коварно и неожиданно ушла от него к летчику второго отряда Пулковского авиапредприятия, летающего в Рим, Париж и Лондон.

Тогда-то Картузов и запил, неожиданно для себя, лихо и бесшабашно.