Колыбель за дверью

Учился Аким заочно в универе и Максима Андреевича безмерно уважал, невзирая на его слабости, о которых догадывался. Они любили поговорить «про жизнь» и радовались общению.

– Привет, Акиша! – поздоровался Картузов, входя в помещение проката.

– Что за фамильярности, Максим Андреевич, – Аким, улыбаясь, протянул руку. – Амикошонство вам явно не к лицу. Здравствуйте, как поживаете?

Он по-молодому дурачился, не упуская возможности попрактиковаться в хороших манерах, которые почерпнул из книги рекомендованной Картузовым.

Макс вспомнил, что Акиму не нравилось это его «Акиша».

– Извини, брат, забыл. А ты растёшь!

– А то, – самодовольно улыбнулся Аким. – Вашими молитвами, Максим Андреевич!

Картузов множество раз просил Акима быть с ним запросто, на ты и звать Максимом либо Максом, но тот, из внутреннего уважения противился и обращался по имени-отчеству на вы.

– Ну, рассказывай, что тут у нас плохого за неделю? Чем расстроишь?

– Да всё в порядке, Максим Андреевич, никаких неприятностей, всё как обычно.

Хозяин кассеты новые позавчера подвозил. Замена тех, что не вернули и новинки. Всего тридцать четыре штуки. Сегодня ещё подвезёт. Проверил журнал и квитанции, всё пересчитал. Рутина, одним словом.

Кассеты регулярно не возвращали, оставляя залог в кассе. Дело в том, что новая кассета в ларьке стоила 120-150 рублей, да ещё неизвестно какого качества плёнка и сама запись. А в прокате все кассеты были немецкие, записи только на пятёрочку, за исключением разве что самых свежих фильмов.

И залог за новенькую кассету составлял сто рублей. Оттого и популярность заведения росла, а постоянных клиентов прибывало. Хозяева работали на совесть, на лоскуте не кроили. Учитывая, что чистые кассеты они брали оптом по семьдесят рубликов и сами занимались записью, то трудились уж конечно не в убыток.

– Много не возвернули?

– Пятьдесят шесть штук за неделю. Так вот.

– Ого! – присвистнул Максим. – Солидно, однако.

– Новинок было много в начале недели. Но Толик всё восполнил, три раза за неделю подвозил вылетайки и новинки.

Толик – один из хозяев проката. Всего их было два – Анатолий и Михаил, появлявшийся гораздо реже и бывший «старшим партнёром».

– Чаю попьём после счёта или спешишь?

– Попьём, Максим Андреевич, обязательно. Я и заварил уже.

Максим, минут за двадцать перечёл все кассеты, сверил квитанции с журналом и наличием, проверил залоговую кассу. Никаких «отклонений от нормальной температуры» не обнаружил.