Холм девичьих слез. Часть 1

– Мне кажется, – заявил он Мигелу, – что отца Пелагия связывает с моей семьей какая-то история, возможно, даже темная. Но это не важно. Человек он хороший, и науки преподает очень интересно.

Мигел согласился с другом, и с тех пор они больше не обсуждали своего учителя.

У Мигела теперь был свободный доступ к библиотекам в замке и монастыре, но быть другом королевского сына не означало проводить все свое время над бумагой и чернилами. Более того, времени на книги у него оставалось даже меньше, чем когда он работал в отцовской кузнице.

Уже на второй день своего пребывания во дворце Мигел улучил минуту, когда король Лугайд и епископ Альбин были вместе, и, подойдя к ним, спросил, каковы его обязанности перед ними и перед принцем Кевином. Взрослые улыбнулись на вопрос иберийца. Скромный и почтительный мальчик успел им полюбиться. Отвечая, король повторил почти те же слова, которые ровно год назад сказал Родерик Кевину, приютив его в своем доме:

– Я принял тебя к себе не как слугу, а как сына.

Твои родители оказали моей семье слишком большую услугу, чтобы я теперь властвовал над тобой и отдавал тебе приказы. Но, если можешь, то просто будь с Кевином рядом, чем бы он ни был занят и куда бы ни направлялся. Дели с ним его труды и обязанности. Признаюсь, это не так-то легко. Если вдруг будешь сильно уставать, или еще что будет не так, говори мне, не стесняйся.

Мигел поклонился королю, дав клятву в душе, что скорее умрет от усталости, чем будет жаловаться и стонать.

Заговорил епископ:

– У меня тоже будет просьба к тебе. Поддерживай Кевина в добрых делах и предостерегай его, если он вдруг решит совершить недостойный поступок. Даже самые хорошие и благородные люди порой теряют способность видеть себя со стороны.

Лугайд кивнул и добавил:

– А для того, чтобы обличить короля или его родных в недостойном поступке, порой требуется не меньше мужества, чем для того, чтобы биться рядом с ним на войне или рисковать жизнью на охоте. Ведь правда, отец епископ?

Епископ покачал головой (он разгадал в королевских словах легкую иронию), а Мигел тихо промолвил:

– Боюсь только, что я еще слишком молод для подобных обязанностей…

– Молодость – это та болезнь, от которой излечиваешься слишком быстро, – со вздохом возразил мальчику епископ.

 – Уж я тебя уверяю.

Да, какие уж там книги! Двух дней не прошло, как небольшой конный отряд покинул замок и направился в сторону Западных Холмов.