Многомирие: Колизей

Но если честно, в стрессовых ситуациях я обычно мутирую в холерика. Сейчас был такой стресс, что мой внутренний холерик вышел из-под контроля и пошёл в разнос. Я заговорил громко и быстро:

– Так, и в кого тут верят? Юпитер? Зевс? Будда? Летающий макаронный монстр?

– В кого хотят, в того и верят, религий много, только какая разница? – ответил Пётр. – Неужто ты и это всё забыл? Сам-то ты христианин, что ли?

– Вроде того.

Я стал ходить из угла в угол и думать.

«Что делать? Доказывать, что я не Вернер? Я буду это делать, обязательно буду, но что это даст? Пожалуй, ничего.

Бежать? Ага, сбеги отсюда. Но этот Вернер же смог! Хотя кто он и кто я?»

Когда мои эмоциональные батарейки сели, я просто упал на ближайшие свободные нары и уставился в потолок.

– Э, как тебя колбасит-то, – подметил Пётр на русском. – Сражаться, очевидно, ты не умеешь…

Я помотал головой.

– Плохо, потому что завтра у тебя бой, – добил он меня уже на латыни.

Я аж подскочил с нар.

– С кем?!

– Никто не знает до самого выхода, – сказал Вилберт.

 – Возможно, со мной. Или с Петром. А может быть, с кем-то из свободных.

– Пойдём, – Пётр встал и хлопнул меня по плечу. Да, парень очень крепкий. Синяк, наверное, останется. – Потренируем тебя.

Тренировочный зал оказался ещё просторней. Комната где-то десять на десять метров, всё тот же старый обшарпанный бетон, но вот под ногами внезапно оказалась резина. В углу лежало два коротких меча и два прямоугольных слегка загнутых щита с изображением римского герба.

Я видел эти щиты на картинках, они были подобны тем, что сейчас обычно использует полиция, но мне они помнились куда более крупными. Эти же щиты были чуть меньше моего туловища, а меня не назвать особо высоким парнем.

– Когда-то эти щиты были огромными, – будто прочитал мои мысли Пётр, очевидно, поймав мой взгляд. – Сейчас они достаточно маленькие и лёгкие, чтобы сражение было динамичней и напряжённей.

– Что, гладиаторы так и сражаются на мечах? – неуверенно произнёс я по-русски, надеясь на то, что различий между моим русским и местным не особо много.

– На разном оружии, – ответил Пётр. – Мы – да, на гладиусах.

Он поднял с пола щит и гладиус, я последовал его примеру. Короткий меч, длина которого не достигала и метра, был лёгким и удобно лежал в руке. Лезвие, покрытое хитрым узором, в который вплеталась аббревиатура «S. P. Q. R.», было отполированным, блестящим и гипнотически красивым, но затупленным.