Караван

Шаг – и вдруг нога ушла в пустоту. Цепочка замерла. Центр тяжести качнулся в сторону.

– Стоять! – остановил цепную реакцию крик.

Тропа посыпалась. Твёрдая опора превратилась в камнепад. Впереди и позади не было будущего.

– Архимед на месте, остальные – вверх! – последовала команда.

Пуштун с ранцем за спиной, обращаясь лицом к стене, слился с ней. Двое его товарищей, страхуя друг друга, ползком по каменной вертикали устремились в небо. Несколько минут подъёма. Наконец, первый, используя ступенями руки, плечи, голову второго, уцепился за край спасительного выступа.

Следом пошли остальные.

Первопроходцы горной целины. Одолевшие первую высоту, рассевшись кружком, со скрещенными по-турецки ногами, они праздновали свою удачу. Пуштуны снаружи, «шурави» внутри. Ни потерянный пулемёт, ни канувшая в пропасть пара вещмешков, ни разодранная о камни одежда не могли омрачить общей радости.

Пот лил градом, стучали барабанным боем сердца, ходящие ходуном лёгкие жадно просеивали воздух в поисках вожделенного кислорода.

Командир утёр рукавом лицо, ухватился за головной убор и, сняв его, обнажил стриженую ёршиком голову.

Лейтенант Владимир Дёмин. Худощавый, тонкокостный, с выразительным взглядом красивых серых глаз, боевой советский офицер дворянской крови бескомпромиссно свёл счёты с чужой личиной.

Следуя примеру своего командира, вторым избавил голову от отсыревшей тюбетейки сержант Куманёв.

Солнце озарило коренного сибиряка – простого сына русской земли, беспрекословного исполнителя приказов, полного безудержной отваги и мужества прирождённого пехотинца.

Принимая эстафету, сдвинул чалму на затылок начальник радиостанции прапорщик Файзуллаев.

Чуждый мира материальных, семейных и прочих ценностей, с малых лет посвятивший себя армии, денно и нощно живущий исключительно одной лишь страстью – беззаветной службой Отечеству, бритый наголо казанский сирота на пике своего счастья открылся свету.

Ритуальное обнажение голов закончилось. Головной убор четвёртого пуштуна покоился на дне безымянного ущелья. Солдат первого года службы Олег Свешников, призывник из ладожской деревни Кобона, был самым молодым в группе. В меру скромный, щуплый, среднего роста, среди всех он казался белой вороной. Мальчишка. Однако первое впечатление было поверхностным. Все сомнения рассеивал взгляд. Прямой, открытый и решительный, он убеждал – обстрелян.