Псих

Но не успел он толком об этом подумать, как вдруг резкий визг тормозов и последующий удар заставил его обернуться назад, в сторону «симпатюли», на месте которой находился уткнувшийся в светофор автомобиль, снесший всех тех, кто в тот момент находился у светофора.

Внутри Ильи всё упало, и он, вслед за бегущей в ту сторону зевающей публикой, на ватных ногах попытался подойти туда, что у него вышло лишь отчасти, так как скопление людей чисто физически не позволило ему приблизиться туда, куда он – впрочем, страшась увидеть то, что мог увидеть – и не порывался лезть.

И только когда пронеслась «Скорая помощь», лишь тогда он сумел заметить (а скорее всего – предположить), что именно на этих носилках и оказалась эта «симпатюля», которую именно он послал к этому чёртову светофору.

Отчего Илье стало так нестерпимо само обвинительно, что он, как только увидел носилки, то растолкал стопившихся здесь селфи-блогеров, не упускающих момента запечатлеть всё на свой телефон, для того чтобы быть первым, кто выложит кадры на какой-нибудь он-лайн ресурс, специализирующийся на подобных видах информации и бросился к носилкам.

Но всё же, в тот момент, когда носилки заносили в карету «Скорой помощи», внутри Ильи что-то оборвалось, и, наверное, только шум мигалок не позволил оглохнуть окружающим от вопля Ильи, который, вспомнив лицо «симпатюли», не выдержал и заистерил, после чего он оказался как будто в каком-то вакууме не сознания, в котором перед его глазами всплывали различные кадры, где, в основном, мелькали какие-то люди на фоне мигалок, и как ему помнилось, что некто, запоминающийся своей не запоминаемостью, помог ему выбраться из этого адского мрака.

Сделав большой глоток из стакана и, несколько нервно отставив его от себя, Илья решил немного отвлечься от этих тревожных воспоминаний, не дававших ему, ни днём – терзая мыслями, ни ночью – со всякой снящейся чертовщиной, покоя.

Илья откинулся на спинку стула и принялся наблюдать за столиком, где так шумно проводили застолье его коллеги по банковскому цеху.