Свидетели 8-го дня

– Время, единственная значимость для человека, чья, так сказать, духовная составляющая, нами ещё не найдена. Чего человек разумный допустить не может. Не может он жить не в познанной собой и для себя реальности. – Очень категорично, как какой-то концептуальный тезис, всё это сказал Максимилиан.

И Алекс на этот раз невозможно как захотел сбить всю эту напыщенность и определённо по-своему мнению спесь с Максимилиана, задав вопрос с подковыркой. – И что вы будете делать с познанным временем. Неужели останавливать?

А Максимилиан и не видит, что тут смешного, и его не сбить со своего ритма сердца, определяющего его время.

 – Это противоречит нашей концепции понимания мира. Бытие постоянно и непрерывно.

– Тогда повернуть время вспять! – хотел было такое предложение выкрикнуть Алекс, да почему-то удержался. И хорошо, что удержался, как только со временем такое даётся поняться.

– Я думаю, нам пора. – Говорит Максимилиан, и опять без пояснения, почему пора и куда пора, выдвигается вперёд, пока что в ту сторону, куда они прежде шли, где навстречу им уже не идёт Ева, пройдя мимо, и при проходе мимо них, еле заметно вскинув с интересом в их сторону взгляд внимания и распознавания этой очевидности, а вот Альфис с Омертоном всё на том же месте стоят и… Непонятно, что делают, раз с виду ничего обоснованно разумом не делают.

Так что когда Максимилиан с Алексом мимо них проходили, без всякой задержки в своём ходе в сторону их внимания (посмотреть в их сторону – это работа рефлексов, обеспечивающих для тебя беспрепятственный проход), то они продолжали размышлять, скорей всего, над тем, что им на всё это думать.

Ну а пока они там думают или просто бездумно стоят, Максимилиан с Алексом уже стоят у лифта. Здесь бразды руководства их дальнейшим движением всё также крепко держит Максимилиан, вначале нажав кнопку вызова лифта, а когда он прибыл, то пригласив Алекса с ним туда пройти. Когда же они занимают места в этом достаточно просторном, человек на десять лифте, то Максимилиан к некоторому для себя непониманию Алекса и его растерянности наживает кнопку этажа лифта под номером один.

И смотреть при этом вопросительно на Максимилиана, чтобы он объяснил эту незадачу Алексу с исчислением этажности местных зданий, не стоит. Максимилиан на него не смотрит и не видит значит, этой его вопросительности. А если даже он всё это в нём увидел, то разве Алексу своего ума недостаточно, чтобы разобраться на месте, как всё тут может быть устроено.