Философский детектив

Но секретарь больше не стал утверждать того, что он Демосфен и сам того не ведая, сохранил в целости свою голову.

– Случилось страшное. – Начал секретарь, но Демосфен, почувствовав в себе, в так сказать неоспариваемым своем «я» уверенность, решил перебить секретаря, вставив слышанную им где-то рифмическое дополнение к этим словам: «Матери кровь пролил». Улыбаясь одними глазами, Демосфен не сводил своего взгляда с секретаря, который между тем, проявил дерзость и, не оценив эту его шутку, не скрыл своей недовольной гримасы, ставшей невольным ответом на то, что его перебивают.

Видимо, таким образом, секретарь явно рассчитывал на то, чтобы Демосфен, не только потеряет дар речи, но и не сможет, так удачно рифмовать свои словесные ответы. Хотя, возможно и для того, чтобы его прямо тут на кровати, хватил апокалипсический удар (в чём виделись происки его политических противников), от которого он бы не смог оправиться, а этот секретарь, пока он даже ещё не остыл, смог бы, заняв его тёплое местечко рядом с Клариссой, вдоволь посмеяться над ним (в чём уже виделись происки ревностной паранойи Демосфена).

– Убийство. – Ограничившийся только одним этим словом, ошарашил Демосфена секретарь, который с огромным вниманием принялся наблюдать за соответствующей сообщению реакцией Демосфена, который надо признать, сначала было схватился за сердце, но затем, видимо, его мнительность насчёт секретаря и этих его желаний насчёт утех с Клариссой, сделали своё дело и, мобилизовав силы Демосфена, не дала случиться страшному, его кровоизлияния в мозг.

– Кто?

Чем, правда, ещё не совсем непонятно чем, своим вопросом или своим не падением в обморок от апокалипсического удара, на который, по мнению Демосфена, так рассчитывали его политические противники, в общем, чем-то одним из этих предположений или всем вместе взятым, очень удивил секретаря.

– Наверное, тот, кому спокойно не живётся.

Чем, уже теперь Демосфена, привёл в полное непонимание того, чего это секретарь тут несёт.