Деконструктор

И теперь перед глазами Детектива, в один поворот всё это предстало в перевёрнутом виде. И главное то, что Детектив в этот момент не мог понять, что сейчас происходило, то ли это была манипуляция его сознанием, где Реконструктор зафиксировав его воображение в одной точке, перевернул его, или же на самом деле секретарша и вся та часть офиса, где она находилась, перевернувшись, изменило своё положение в пространстве (хотя может быть, он сам перевернулся, но нет, вроде бы всё на месте).

– Но тогда почему она не падает? – решив нащупать, что к чему, спросил Детектив Реконструктора.

– На неё, в отличие от нас, окромя закона всемирного тяготения, также действует выведенный нами закон тяготения №2. И если первый, держа её на ногах, не позволяет ей упасть, то наш второй закон позволяет нам совершать это. – Расплывшись в улыбке, Реконструктор уставился на Алису. И хотя Детективу со своей стороны было предпочтительней взирать на Алису, нежели говорить с Реконструктором, он всё же не любил всякие не договорённости и поэтому не стерпел, и спросил того, о чём это он.

– Эта моя из любимых картин, под называнием ручка-перевёртыш. – Не сводя своего взгляда с Алисы, проговорил Реконструктор.

– Как-как? – на автомате спросил Детектив, памятливо вспомнив о существовании таких, с плавающим элементом ручках, которая при перевороте меняет картинку, либо же, как в данном случае…Но на этом мысль Детектива, уперевшись в представшую перед его лицом картинку, закончилась сама собой.

А ведь сам вид стоящей верх ногами Алисы, действительно впечатлял. Так всё вокруг неё, как будто бы плавало в невидимом эфире, где свет от лампы, исходя снизу, упирался в тесноту тяжёлого воздуха и, не имея возможности пробиться дальше, не то что бы падал, а как будто бы хлопьями осыпался. Где всё это создавало впечатление осеннего листопада, где вместо листьев осыпались лучики света. Правда снизу или сверху, эти лучики света встречал рычащий вентилятор, который нещадно расщеплял на части все эти упавшие на него лучики света, которые, блеснув рябью, тут же испарялись.