Перекрестки судьбы. Тропами прошлого

Но делать было нечего, надо было что-то решать и выстраивать линию поведения.

Сокольских, помолчав несколько секунд, сказал:

– Я так понимаю, речь идет о финке. Она у меня с собой. Я достану?

Витя кивнул, и Сергей неторопливо вынул из сумки клинок. Положил на стол.

– Она?

Авторитет взял ее в руки, бегло осмотрел и легонько щелкнул пальцем по режущей кромке.

– Она самая. Пояснишь по существу вопроса?

Сергей, скрестил пальцы рук и стараясь выглядеть спокойным, медленно произнес:

– Вещь эта ко мне попала как трофей.

Один из ее последних владельцев, не знаю, ваш ли знакомый или кто-то иной, хотел меня на тот свет спровадить.

– При каких обстоятельствах?

– Несколько, гм, братков… или похожих на них людей, – поправился Сергей, – решили расколошматить колонну научников. Колонна была со штатовской охраной. Я там случайно очутился, просто пути пересеклись. Меня нападавшие тоже в расход пустить решили, но я оказался проворнее. По итогам того рубилова часть вещей перекочевала ко мне.

Поскольку интерес налетчиков для меня остался неизвестен, я решил пробить тему, выяснить, кто за этим стоял и чего хотел. Чисто для собственной безопасности, дабы не повторилось.

Сидевшие не проронили ни слова. Однако Сергей отметил, как недоуменно вытянулись их лица.

– Хм, описать нападавших можешь?

Сокольских напряг память и, как мог, перечислил приметы тех из нападавших, кого сумел тогда запомнить.

– В масть, Кесарь там был, – сказал один из соседей, глядя на Витю-авторитета.

– Ага, а еще, судя по картинке, которую нам данный мужчина рисует, – Рыбак и Дрозд, – добавил другой с ноткой удивления в голосе.

Сокольских почувствовал, как в общем настроении бандитов что-то изменилось. С одной стороны, возникло некоторое недоверие к его словам, но было и что-то еще.

Витя Серебряный задумчиво нахмурил брови, пристально рассматривая Птицу.

– Я слыхал про то, как у научников кто-то народ пострелял. Это ведь недавно было. Вояки потом всему нашему сообществу «пресс-хату» устроили.

Помнишь, Витя? – сказал один из блатных.

Витя Серебрянный затушил окурок в пепельнице.

– Пока все складно, уважаемый, – обратился он к Сергею, – хотя картинка вырисовывается паскудная. И зачем бы Кесарю было научников крошить? Он же не беспредельщик, как те остальные, кого ты нам описал.

– Вот этого я не знаю. У него теперь никто поинтересоваться уже не сможет, если только у вас знакомых медиумов нет.