Между женой и секретаршей. Круг 2-ой

Я с секретаршей как Галактика с Землей

Страсть с секретаршей симулировать нельзя,

Ей можно только полностью отдаться,

Раскрыв в желанной тьме ее глаза,

Я чую ангела в себе, но не мерзавца!

Крючок сглотнула вместе с рыбаком

Эта рыбка – моя секретарша,

Вот почему я с ней одним комком

Дрожу от счастья в темной чаще!

Каждый пальчик на ее ноге

Поцеловал и обвязал прекрасной лентой,

Мой жезл дрожал в ее изнеженной руке,

Потом в пещерке между сладостей момента!

На секретарше разорвал вмиг платье

И яро жезл в нее вогнал,

Она рыдала в сладостных объятьях,

Мой совершенный голый идеал!

Шепнул я секретарше: Войду пальцем,

Но в нее проник громадный жезл,

Живет с тех пор в ее пещерке постояльцем,

Да и сам я стал ей нужен позарез!

Не судите, люди, строго,

Не рубите сгоряча,

Есть волшебная дорога,

Где во тьме горит свеча!

Жене своей я правду не скажу,

Лаская долго, нежно секретаршу,

Я подчиняюсь страсти точно миражу

И часто жду, когда меня положат в ящик!

У секретарши страх был предо мною,

Ведь был я прежде типом неизвестным,

Но встретившись лишь раз с моей женою,

Отдалась мне добросовестно и честно!

Наша страсть с весьма безумным стажем,

Помню, встретил, выпил, полюбил,

И сразу же просил стать секретаршей,

Жена в дверь била из последних сил!

Подобное лечу всегда подобным,

Жену люблю, а с секретаршею долблюсь,

Разлюбив жену, во тьме укромной

С секретаршей выпив, жалуюсь на грусть!

Сегодня мне приснилась секретарша,

Мы были вместе в месте колдовском

И на последнем этаже безумной башни

Из нее душу вынимал я языком!

Купив авто, она сказала: Разобьюсь я!

Я плакал и долбил в слезах ее,

И наполнялся весь какой-то тайной грустью,

Как будто наше время вдаль ушло!

Секретаршу обняв, оделся безумным теплом,

И ребенка прижав, целовал то его, то ее,

И не верил, что жизнь пролетит галактическим

сном,

Слишком много я дал, начертив круг в тебе,

бытие!

Без сомнения и даже при высоком

Напряжении меня опять в тебе,

Я чую, милая, как ты уже далека,

И я один с твоею тенью на тропе!

Моя любовь имеет власть всех ненавидеть

И страшно к секретарше ревновать,

Пусть я смешон в своей ребяческой обиде,

Она дала вторую жизнь как мать!

Со временем я как-то погрустнел,

Хотя с любимою почти всегда долблюсь,

Не столько изучая живость тел,

Сколько истребляя свою грусть!

Во