Нежное соблазнение по-провански

– Как можно сердиться на таких прекрасных и дорогих моему взору грешников? Эта грудь, – продолжал он, целуя соски её прекрасных полушарий (а они были у мадам Мелло превосходны, аппетитной формы, и она была чрезвычайно горда этой частью своего тела), – и эти два упругих холмика, – добавил месье Мелло, проводя рукой немного ниже талии и дальше по золотистому алтарю, – и это благословенное и сакральное место, на которое наш учитель только что принёс свою жертву, смягчило бы бешеный нрав даже бенгальского тигра… Кроме того, с моей стороны было бы невероятной глупостью рассчитывать, что ты могла оставаться мне верной во время столь длительного моего отсутствия.

Так что неудивительно, что во время мой поездки в Италию я приобрёл и хорошего преемника… и рога. Первое мне нравится больше, хотя и за второе я не в обиде. Так что, давайте не будем посмеиваться друг над другом, и оставив всё в тайне для окружающих нас обывателей, примемся без всяких ограничений и сдержанности пользоваться ситуацией и наслаждаться всеми возможными удовольствиями, которые эта ситуация, наш возраст и наше состояние нам предоставляют.

Мадам Мелло, в восторге от того, как он проглотил пилюлю, которую она приготовила ему во время его итальянских каникул, стала одаривать своего супруга горячими ласками.

– Ах! Мой друг, как вы добры ко мне! Нет, никогда больше вам не придётся упрекать меня! Я капитулирую перед вашим благородством…!

– Замолчи, я совершенно не верю твоим клятвам, и требую твоего доверия, а не твоей верности… ведь это значило бы просить невозможного, а я не считаю себя дураком. Как может наркоман отказаться от наркотика… Вот, посмотрите на нашего будущего аббата… как он сияет… Да, мне сразу же всё стало понятно, как только я вернулся из Италии, и я лишь отложил удовольствие на некоторое время… но ненадолго, и не хочу лишать его ни вас, ни себя, так что давайте, сказав «А» отправимся и к «Б», и к взаимному удовольствию вы можете продолжить начатое вами без меня дело.

– Шутка слишком горькая, мой друг… и прозвучала она в тот самый момент, когда ты наяву видишь моё раскаяние.