От Каина

? Право на завтрак можно заслужить одной лишь жизнью, ? повторял он слова отца, спускаясь на землю.

Он не мог вспомнить, как принял решение куда-то идти, просто поймал себя на том, что уже проделал часть пути и, выходя из леса, шагнул в высокую траву, не оглядываясь.

? А если чудовища найдут меня? – шептали его губы. – Они убьют меня?

? Конечно, убьют, ? отвечал он сам себе, но продолжал идти, не пытаясь проверять дорогу.

? А мама будет помнить меня?

? Плохих людей не стоит помнить.

Споткнувшись о камень, он упал на колени и с удивлением смотрел на собственные руки, покрытые неровной кровавой коркой.

? Кто-то сказал, что я не плохой.

? Этот кто-то явно ошибся.

Каин делал тяжелый глубокий вдох и вставал, чтобы поднять глаза к небу и увидеть так низко склонившееся серое полотно, а потом не понимать, зачем он смотрит на него, и вновь делать шаг в высокой траве.

И вот он снова смотрит в небо, лежа средь обглоданных костей. Над ним парит крылатый враг, а он не знает, что делает здесь.

По-прежнему хочется есть. А плакать уже не хочется.

Он делает новый вдох и понимает, что воздух как никогда холодный, и выдыхает клубы тумана. Рывком садится и видит кусок кровавого свежего мяса на белой кости. Кровь его не смущает, напротив, ее следы кажутся приятным подарком, но что-то внутри сжимается.

? Ты не имеешь права есть, если не работал, ? говорит он сам себе слова отца и клацает зубами в пустоте, встает и снова делает шаг.

Падает и снова встает. Внутри что-то вздрагивает.

Куда он идет, он не знает. Ориентиры все куда-то подевались. Сплошная трава кругом и небо серое, как лицо у мертвого Авеля. Вдох, а на выдохе уже хрип.

И вновь падение. Змея шипит так близко. Почти темно, но еще можно различить ее тонкий силуэт средь песка и травы. Да и глаза у этой твари так ласково блестят во тьме.

? Ужина достойны только праведные, ? шепчет он и тут же отвечает сам себе. – Мне все равно. Я есть хочу.

Глядя в змеиные глаза, он буквально видит, как может вцепиться в это существо зубами.

Почему-то разодраны руки. Ноги покрыты синяками. Когда он успел порвать штаны? Не помнит. В голове что-то стучит и словно взрывается, а змея противно шипит в руках. Шипит и смотрит своими зелеными глазами. Большими зелеными глазами с дивными прожилками.

И снова внутри все сжимается. Желтые змеиные глаза матовыми дисками напоминают две луны. Роняя ее, Каин спешно закрывает рот, чувствуя, как все внутри содрогается судорогой.