Китайская роза

Первыми рассвет встречали птицы, они громко щебетали и пели, восторженно сообщая всему миру радостную весть о наступлении нового дня жизни.

Двое молодых джентльменов в сопровождении еще не старого китайца и его собаки мирно брели поднимаясь по склону горы и пробираясь по труднопроходимым местам. Впереди шел китаец, он внимательно опытным взглядом проводника оглядывал камни и ветки, которые постоянно встречались на пути, мечом срезая мешающие ветки и пробираясь вперед. Позади него шли двое молодых джентльменов европейской наружности, которые внимательно оглядывались по сторонам и прислушивались к каждому шороху.

Легкий туман окутал лед и можно было почувствовать, как сырость хвойного леса пробирается сквозь ноздри и напоминает путникам о том, что они вступили в девственные леса к которым доходили единицы.

Джентльмены начали чувствовать тяжесть в дыхании. Каждый их вдох наполнялся сыростью вперемешку с капельками тумана, наполняя грудь чистейшим воздухом и парами составляющими дыхание леса.

– К этому трудно привыкнуть, Эрик. – произнес юный голубоглазый джентльмен в шляпе.

Он был одет на лондонский манер: шорты, рубашка и шляпа, необходимая для путешествий. Продолговатое лицо было окаймлено бакенбардами. Его приятель также был юн, он носил усы, а его голова была покрыта вьющимися черными барашками.

– Ничуть, Вильям. Стоит здесь пожить каких ни будь десять дней и мы с легкостью сможем дышать этим девственным лесом.

– Смотри, он не сводит с нас глаз, – произнес Вильям, указывая на собаку позади них.

Эрик остановился и оглянулся. Пес и впрямь внимательно наблюдал за ними, за каждым их движением. Опустив низко голову, он смотрел своими черными глазами на Эрика, словно изучал его.

– Ты знаешь, – сказал Вильям, – он не очень-то похож на собаку.

– Ты слышал, как он лает? – неожиданно спросил Эрик.

– Нет. Ты знаешь, за все путешествие я ни одного лая не слышал.

Китаец закончил рубку мешающих проходу веток.

– Мы мозит ити, – сказал, сильно шепелявя и с диким акцентом, китаец.

– Скажите-ка любезный Лей Юнь, далеко ли та хижина, к которой мы путь держим? – спросил Вильям.

– День путь, завта будит, – произнес проводник.

– Стало быть, завтра мы доберемся, – вздохнул Эрик, – признаюсь, я порядком устал и дьявольски голоден.