Молчание. На грани шепота

? Я знаю, что на самом деле вы боитесь, ? неожиданно сказал Грэстус, ? но… Вы ведь хотите, чтобы я все вам объяснил.

Король кивнул.

? Тогда давайте поговорим там, где нас никто не услышит.

? Идемте, ? только и сказал король, жестом запретив своему адъютанту следовать за ними.

Глава 11

Король Эверен привел Грэстуса в свой кабинет и жестом предложил занять одно из двух кресел у небольшого стола, будто созданных для бесед личных, насколько мог позволить правитель большого королевства.

? Расскажите мне все! – попросил он прямо.

Грэстус кивнул, сам переместил себе еще один бокал вина и, кивнув на возникший второй для короля, заговорил:

? Еще когда он родился, я говорил вам, что он очень силен и способен на многое. Его сила столь велика, что весь мир может стать ему подвластен. Ему не хватает опыта и практики, но я больше чем уверен, что уже сейчас он сможет одолеть любого мага, только скоро даже аграафы будут в его власти. Даже я.

? Вы можете говорить яснее? – попросил король.

Бокал он принял, но вина даже не попробовал, нервно хмурясь. Слова аграафа ему не нравились. Они его пугали, но изменить он их никак не мог.

? Я лишь хочу вас предупредить, ? мягко сказал Грэстус, отставляя свой бокал. – Вы когда-нибудь слышали о том, что сила должна служить власти, а не быть ею?

Король неуверенно кивнул, а Грэстус вздохнул и горько покачал головой.

? Я не хочу давать вам никаких советов, не имею права, но мой дар предвидения заставляет меня предупредить вас.

 – Он коснулся собственной груди. ? Ваш сын может уничтожить не только королевство, но и весь наш мир. Я каждую ночь, вот уже много лет, вижу один и тот же кошмар. Ваш сын убивает меня на крыше замка. За его спиной стоит женщина, сражающаяся с какими-то людьми, а он беспощадно душит меня, держа в другой руке измазанную в крови корону…

Грэстус отвернулся и кружевным платком манерно отер со лба выступивший холодный пот, а затем коснулся шеи дрожащими пальцами, будто его действительно пытались задушить мгновение назад.

? Признаюсь, ваш сын меня пугает, ? тихо сказал он. – Ничего подобного я прежде не испытывал. Я видел этот сон еще до его рождения и теперь почти уверен, что его черные глаза станут последними, что мне суждено увидеть в этой жизни.

Король молчал.

? Простите мне такие речи, ? тут же сказал Грэстус, оттянув от шеи галстук. – Я просто хочу быть честным с вами. Хочу, чтобы вы знали.