Молчание. На грани шепота

Свечи снова разгорались и приходили в движение, будто качаясь от ветра.

Ювэй кожей чувствовала что-то на него похожее, а потом ей показалось, что ее волос коснулась чужая рука, но отступить она не смогла. Зато по телу побежала холодная дрожь, а принц сидел с закрытыми глазами и от его молчания «ветер» будто набирал силу и зарывался в светлые волосы Ювэй.

Где-то там внизу закрылась дверь башни. Эхо донесло звук лязгнувшего кольца дверного молотка, и зарождающаяся буря в комнате исчезла.

? Что ж, ? начал принц, резко открыв глаза, ? присядь.

Он указал на кресло, где совсем недавно сидел король и тут же укутался в свое теплое покрывало, пряча даже руки с перстнем.

Ювэй села, куда ей велели, заранее решив, что она все выслушает, вежливо откажется от должности и постарается дел с наследником никогда не иметь, потому что ей такого блага точно не надо.

? Успокойся, ? внезапно сказал принц с улыбкой. ? Я ? не мой отец, и власть мне безразлична, как видишь, дворцовые порядки в этой башне не имеют смысла.

Во-первых, никакого «Вашего Высочества». Я может быть и высок, как потомок эльфов, но предпочитаю, чтобы меня называли по имени – просто Гэримонд. Во-вторых, никакой лжи. Ненавижу ложь. ? Он прищурился, и в темных глазах снова что-то полыхнуло, такое же черное и опасное, а принц сменил тему: ? Почему ты стала рыцарем?

? Захотела, ? шепнула Ювэй, пряча глаза. Это не было ложью, скорее это было частью правды, о второй части которой говорить не хотелось.

? Твой отец был рыцарем. Он верно служил моему деду, но предал отца. Ты хорошо об этом знаешь, но скрываешь ваше родство, почему? Хочешь отомстить?

Ювэй не ответила. Зачем вообще говорить с тем, кто и так знает больше, чем человек хоть кому-то в этой жизни о себе говорил. Ему и так все ясно без слов.

? Я помешал твоим планам? – спросил принц, не сводя с нее глаз. – Извини. Ты все еще хочешь отказаться и лишиться должности?

? Зачем вы это делаете? – спросила Ювэй, несмело подняв голову.

Он ее злил, выводил из себя, но чувство такта не позволяло ей плюнуть наследнику в лицо. Да, она хотела отомстить. Маленькой девочкой она плакала в подушку и обещала обезглавить короля так же, как ее отца обезглавил палач, но то были чувства маленькой девочки, а не рыцаря, знающего, что только верность может доказать честь ее рода.