Инсектерра. Выжить в любви

Ты телепат?

– Что означает это слово?

Мне захотелось его поцеловать и многое-многое сделать еще. Я сошла с ума. Мы сидели голышом друг напротив друга в окружении светящихся изнутри красноватых яиц и это было прекрасно. Он вдруг нахмурился и принялся меня утешать.

– Больше не плачь! Я всегда буду рядом. Только позови и я приду к тебе.

Он изогнулся и поцеловал мою открытую грудь слева, а мне почудилось, что коснулся сердца.

– Уно…

– Да?

– Ты меня любишь?

– Конечно. Ведь ты – моя королева.

Я медленно отвожу его ладонь от своего лица и поднимаюсь на ноги. Пора одеваться и уходить.

Глава 9

Будни Кормаксилона

Главный строитель Мано спускался по крутой лестнице, ведущей вниз к Архиву Древних, где бережно хранились ценные записи Кормаксилона, сделанные на глиняных дощечках и тростниковых свитках. Придерживая факел, кормис искал проблески света в коридорах и нишах, мимо которых проходил. Но заглядывая в тесные коморки добытчиков и рабочих, отдыхающих после трудового дня, он так и не нашел второго Советника.

– Наверно, опять рисует… Конечно, в Архиве еще остались свободные стены

Беззлобно ворча Мано оказался на самом нижнем уровне Дома и бесшумно приоткрыл двери в обширную залу. Главный добытчик как раз вытирал перемазанные охрой пальцы.

Мано покачал головой.

– Сразу видно, что у тебя снова появились силы! А ведь ты уже целую Луну не брался за краски.

Наро ничего не ответил, даже головы не повернул в сторону собрата, так был увлечен своим любимейшим занятием.

Наро расписывал стену. На его картине нагая королева отдыхала под деревом, вкушая сочный плод питайи, сок которого стекал по губам и белой груди. Наро был явно в ударе сегодня и гордился своей работой, а вот появление Мано его слегка озадачило.

– Скоро ночь. Что ты бродишь, словно голодная Вайша по лесу? – пробормотал он, очищая от остатков краски кисть, осторожно постукивая ею о край чаши.

– Все готовятся спать, – согласился Мано, усаживаясь на небольшой выступ каменной стены, похожий на валун, который при строительстве никуда не сдвинули, и часть его так и осталась выглядывать в коридор.