Инсектерра. Выжить в любви

Но и в тот вечер я много интересного узнала о мужском теле, Женька был потрясающий экспонат для исследования. Потом откуда-то сверху мне на плечо свалился толстый, мохнатый паук, я завопила и начала его сбрасывать. Боюсь всяких пауков и насекомых. Мелких – боюсь, а вот с крупными особями Инсектерры мне повезло – никто не обидел. Но это позже…

А тогда Женька почему-то запсиховал от моих криков и велел собираться домой. Только пригрозил, чтобы я ни с кем больше не встречалась. Вот дурак! Да я почти влюбилась в него за несколько часов, что мы провели вместе после долгого расставания.

В ту ночь отец впервые ударил меня по лицу. Тася спала, мама уехала на собрание в пригород. С ночевкой уехала и потому отец был пьяный и злой. А я была такой взволнованной и возбужденной, что не могла обижаться.

Просто зашла в свою комнату, забралась под одеяло и попыталась удовлетворить себя сама. И еще красочно представляла, что со мной проделывает Женька, как он трогает мою грудь и облизывает соски… От этих фантазий я словила полнейший кайф, на какое-то время тревоги вылетели из головы, уступив место краткому удовольствию.

А через пару дней мама изрезала мой воздушный сарафанчик для выпускного. Я выбирала его сама, впервые в жизни сделала самостоятельную покупку, потому что маме было некогда.

В итоге мы опять поругались, на меня наорали и всячески обозвали, тогда я убежала к Женьке. Мы так и не дождались, когда мне исполнится восемнадцать, я стала женщиной под утро, попросила сама.

Утром мама ледяным тоном, без всяких криков и даже почти спокойно сказала, что "девка гулящая" им в доме не нужна. Отец снова оказался пьян, с ним невозможно было разговаривать. Вдвоем с мамой мы решили, что мне лучше уехать, в нашем городишке только разные ПТУ и Педколледж, а я-то мечтала быть врачом.

Мама смотрела равнодушно, думала о чем-то своем, но не очень радостном. Мне на мгновение стало жалко ее до слез. Я хотела взять ее за руку, обнять, в чем-то признаться, но она меня отстранила.

Поджав губы, обещала присылать деньги, а потом назвала неблагодарной дрянью. Сказала, что вся надежда теперь на Тасеньку и надо вырастить из нее достойного человека. Я не очень понимала, в чем моя вина, но не стала спорить.