Мальтийское эхо

Андрей взял с книжных полок два томика Бродского, причем прозу. Его интересовали впечатления поэта о Стамбуле и Венеции. Взял также «Гения места» Петра Вайля. Ну и прекрасно! И достаточно. С этими попутчиками не заскучаешь.

Он отнес книги в свою комнату, вздремнул минут тридцать, потом встал, умылся, причесался и вышел на террасу.

Девушка ждала его, перебирая что-то в двух больших «челночных» клетчатых сумках.

– Вот и вы, Андрей Петрович. Будьте рыцарем – помогите донести до флигеля.

– С удовольствием! А что там? – полюбопытствовал Андрей шутливо.

– Секрет, – засмеялась она.

Андрей бодро взял сумки по полпуда каждая. Да уж, рыцарь-тяжеловес! Что там у нее?

Вот и флигель.

– Здравствуйте, Андрей Петрович. Проходите к нам, будем рады. – Анна Никитична была в переднике, волосы подвязаны косынкой, руки в муке. – Извините, вид у меня… но Иришка сказала, что вам понравились мои пирожки…

– А что, на ужин будут пирожки? – улыбнувшись, спросил Андрей.

– Да, конечно, – засмеялась хозяйка.

– Сегодня он пусть ест сколько хочет, а завтра я буду выдавать поштучно, – прищурившись, заявила Ирина.

– Ого, Андрей Петрович, а вы уже под каблучком! – хохотнула женщина.

– Да, пани Мария и пани Ирина взяли меня в серьезный оборот.

– Ладно, ладно. Мы уже знаем, как вы умеете входить в доверие к женщинам, – шутила девушка. – Теперь вот подлизываетесь к Анне Никитичне. Вам нельзя мучное и жирное, потому что у вас болят колени.

– Всё, сдаюсь. За ужином штук семь-восемь, а завтра и послезавтра в Питере по пять-шесть в день, – Андрей заискивающе посмотрел на женщину, ища поддержки.

– Напеку, напеку много.

Разговор о пирожках «завел» Брэда и Пита. Собак пришлось поместить в вольер из металлических прутьев и рабицы – те быстро умолкли.

– Я управлюсь через часик, а Иришка проведет для вас свою любимую экскурсию. Тут ее владения. Платоныч называет это «садик принцессы».

Та была смущена. Она любила бывать во флигеле, видимо, не только потому, что здесь ее «садик», но и потому, что здесь она была окружена нежностью и любовью хозяев.

За флигелем, образуя букву П, были расположены две длинные хозпостройки с множеством дверей, вдоль этих построек – дорожки из утрамбованного гравия, а всё внутреннее пространство занимал… райский уголок.