Король. Том I

Он вдруг отпустил чашу, а та не рухнула, а взлетела, сминаясь на лету в комок бесформенного металла, а потом лопалась со зловещим хрустом.

Снежного Бога больше не было. Зато Бог Войны на глазах трескался и осыпался песчаными глыбами, которые подхватывал неистовый ветер и разбрасывал комья во все стороны, заляпывая витражи и погружая все во мрак.

Только ни одна песчинка не попала в Эеншарда, и он все смотрел вдаль – в зал королей, прямо за эту статую, потому что видел там женщину в белом, со свечой в руках, что медленно шла ему навстречу.

– Ленкара, – не поверил он своим глазам и бросился к ней, в центр бури, но, сделав несколько шагов, понял, что не сможет пройти дальше – слишком силен ветер, настолько силен, что способен подхватить его и бросить вслед за обломками кровавого божества.

– Во всем виновата буря, – сказала Ленкара тихо, но ее шепот донесся до Эеншарда, словно раскат грома. – Буря будет вновь…

Он отступил на шаг назад, почему-то хорошо понимая, что это значит.

«Битве за трон быть?» – спросил он с опаской сам себя, но не посмел ответить.

– Ты нужен там. Когда придет время, мы снова будем вместе, теперь уже навсегда, но твой сын не взойдет на трон без боя. Поезжай к нему прямо сейчас. Слышишь?

Ее вопрос погас в раскате грома.

Брызги холодного дождя заставили Эеншарда поморщиться и открыть глаза. Он действительно спал и видел просто странный сон.

От раскатов грома вздрагивали окна. Ветер трепал шторы и заливал комнату ливнем, но Эеншард неспешно садился и долго тер переносицу, пытаясь унять головную боль.

В богов он не верил, а теперь еще и понимал, что отблеск на потолке явно был блеском приближающейся грозы, а все остальное – лишь порождение его тревог.

Встав, он закрыл окно, задернул шторы, оделся и сел в кресло, чтобы уснуть прямо там, потому что даже оно лучше мягкой кровати. О том, что буря на юге уже начинается, он даже не думал, веря, что завтра его сын станет королем, и в Эштаре начнется новая эпоха.

Часть 2 – Плата за власть

Глава 1

Королевство Эштар, столица Эшхарат

Ночь была беспокойной. К королевской инициации все было давно готово, но Мэдину снова и снова мерещились какие-то недочеты.

Ему внезапно перестал нравиться установленный список приглашенных на прием во дворец после церемонии. Вносить изменения было уже поздно, но Мэдин, просматривая его, едва не рычал.