Король. Том I

 – Я хочу… Антракс, я не могу сейчас думать об удовольствиях, неужели это так трудно понять?

– А я могу? – спросил он, и только тогда она поняла, что видит в нем гнев и напряжение, но ни возбуждения, ни желания в нем явно не было.

– Почему тогда? – спросила она растерянно, понимая, что просто так раздевать он ее не станет.

– Потому что я тоже хочу как раньше, – ответил он и зачем-то протянул к ней один из концов шеста, чтобы кожаная петля, размятая сильными руками так, что стала похожа на тряпицу, коснулась ключицы над кружевным вырезом, дразня кожу.

В его взгляде что-то переменилось едва уловимо, но для Лилайны это меняло все, и она молча развязывала завязку верхнего платья, спускала его с плеч и позволяла ему упасть на песок, невольно краснея от мысли, что на ней снова кружевные панталоны, давно вышедшие из моды, но так волновавшие его когда-то. Раньше он мог стянуть их зубами, чтобы поцеловать ее в самых непристойных местах, а теперь только зловеще усмехался, изучая ее взглядом. Сейчас ему хотелось знать только одно: может ли она ему доверять как раньше, хотя бы в этом подземелье.

Глава 17

Лилайна выдохнула и коснулась рукой ленты на корсете. Он состоял из двух половин и спереди был зашнурован изящной лентой, которую обычно не трогали, а сзади тесьмой, которую по утрам туго затягивала ее служанка, поверх короткой нижней рубашки с широким вырезом. Часто Антракс просил ее оставить эту рубашку и мял на ней в порыве страсти или даже рвал, дразня кожу обрывками ткани.

Только все это было так давно, что Лилайна даже не могла поверить, что воспоминания ей не врут.

– Оставь, – внезапно потребовал Антракс, быстро обошел ее и стал позади так близко, что она могла уловить жар его тела.

Глаза Лилайна закрыла машинально, как только он коснулся ее талии, хотя едва могла ощущать его руки через плотную ткань корсета, а он скользил ими вверх, едва ощутимо прикасался к груди и поднимался выше. Его руки ложились на ее шею. Она чувствовала их силу так же, как кожа – жар огня задолго до того, как он получит шанс ее опалить.

Запрокидывая голову и покоряясь его движениям, она вдруг подумала, что раньше всегда знала, что эта сила не причинит ей вреда. Она ее пьянила, возбуждала так же, как и сейчас. Ей нравилось в юности подчиняться ей и чувствовать себя кем-то вроде жрицы из древней сказки, которая способна покориться стихии, а та в ответ подчинится ей. Такова, по мнению древних жителей Рейна, плата за доверие.