Король. Том I

– Пока я сел только в его кресло в кабинете, да и с кем мне сразиться? С тобой? Или со стражей на входе в тронный зал? Боюсь, они не захотят вступать со мной в схватку.

Мэдин едва не рассмеялся, с трудом превратив насмешку в улыбку, а Генер, напротив, оскалился.

– У Антракса яйца явно были больше, – прошипел он сквозь зубы.

– Хочешь, чтобы я вызвал тебя на бой? – спросил Мэдин зло, внезапно становясь серьезным.

Мгновение назад беспечное лицо превратилось в каменную маску с внимательным взглядом.

– Будущий король Эштара хочет убить первого министра? – злорадно спросил Генер, явно желая превратить личный спор в политический конфликт. – Что будет, если первый министр убьет несостоявшегося короля?

– Надеюсь, ты понимаешь, что ни один из исходов подобной схватки не пойдет на пользу Эштару? – спросил Мэдин, взяв себя в руки, и посмотрел родственнику в глаза. – Что тебе важнее, Генер: будущее страны или личные распри?

От этого вопроса Генер замер на миг. Внешне он лишь нахмурился, но внутри все содрогнулось и перевернулось, обнажая все его тревоги.

Это был тот самый вопрос, который мужчина боялся себе задавать просто потому, что не понимал, где заканчивались личные распри и начиналось будущее страны. Внутри у него все сжалось, но он все равно выпрямился, одернул свой жилет и посмотрел на принца с холодным высокомерием.

– Никто наверняка не знает, что лучше для Эштара, – сказал он честно.

– Да, никто не знает, – согласился Мэдин.

Встав из-за стола, он подошел к небольшому столу, чтобы наполнить два серебряных кубка вином, а затем протянул один из них Генеру.

Тот лишь взглянул на кубок, но притрагиваться к нему не стал.

– Лучше мы будем спорить на каждом Совете, создавая будущее страны, чем начнем воевать, – сообщил Мэдин спокойно. – Разве не для этого Антракс предложил именно тебя на роль министра пятнадцать лет назад? Мой брат разбирается в людях, а значит не мог ошибаться на твой счет.

– Не понимаю, о чем ты, – невозмутимо ответил Генер, скрестив руки на груди, явно не собираясь принимать протянутый кубок.

– О том, что все может остаться семейным делом, и тогда не придется рубить головы, как это было с матерью. Она предала меня, Генер. Она использовала моих людей для своих игр и не знала меры. Меня на свет породила ядовитая змея, которую пришлось убить, и ты должен это понимать. Поэтому, если тебе есть что сказать, лучше сделай это сейчас, как мой дядя, а не как министр.