Аукцион на Джиннии

Но зачем Султану конфликт ещё и с Джиннией? У нас и без того напряг в отношениях.

– Только если Джинния здесь – косвенный повод. Ставка выше.

– А вот в этом случае – да.

– И это также означает, что и Зайония здесь – просто пешка, которой пожертвуют сразу, как она отыграет свою роль. Но пока что мои близкие этого не понимают.

– Мои – тоже, – вздохнул Ашраф. – Будто все наши про блемы – от зайонцев.

– Кто может дать такой карт-бланш Султану? – задумчиво вопросил Брозеф. – Если наше предположение верно, конечно.

– Полагаешь, он сам не рискнул бы так? – уточнил собеседник.

Брозеф покачал головой и резонно заметил:

– Он в последнее время и вправду круто играет, но Джинния – не Сирния. И такие мощные расклады без Сидхе невозможны.

– Значит, они всё-таки тоже участвуют, – подвёл черту диалогу Ашраф. – Либо тот, кто сам метит стать Сидхе.

– А вот это интересная мысль, – задумчиво отметил зайонец. – И здесь я бы покопался потщательнее.

– Есть кандидаты?

– Всегда есть тот, кто хочет стать кем-то большим.

– Не представляю, что нужно сделать, чтобы попасть туда.

– А вот это, мой друг, – серьёзно сказал Брозеф, – и есть то, что мы должны выяснить. Пока не стало слишком поздно.

– Скоро Аукцион. Не может ли это быть причиной?

– Причиной – вряд ли. А вот местом для провокации – вполне. Ты же знаешь, как Джинния лелеет это мероприятие.

– Хм, – усмехнулся Ашраф, – ещё бы. Даже мне трудно представить, сколько денег он приносит.

– Если бы… – вздохнул зайонец, – дело касалось только денег, лично я был бы спокоен. Но, похоже, речь о другом. Денег у Зайонии хватает. А вот неудовлетворённые амбиции, дремлющие до поры до времени и искусно подогретые… очень даже возможны.

8

Свая меж тем, закончив обращение к народу, отбыл восвояси. Трюм и Печень же, будучи в некотором замешательстве, расходиться не спешили. Грандиозные перспективы, начертанные вождём, унесли парней в бесконечно высокие и невообразимые ранее сферы.

– Свая, он того… – показал жестом Печень. По жесту выходило, что за шефа он двинет в печень любому.

– Да, – кивнул согласно Трюм, – он пацан правильный. И с мыслёй. Но я вот всё прикидываю в себе. А если Дюбель не пойдёт с нами на контакт? Зачем мы ему?

– Как зачем? – не понял юмора товарищ. – Он же наш, с Гавра. Помочь своим. Поделиться опытом. В тусу ввести.

– Сомнительно мне чо-т, – поделился переживаниями Трюм.