Химера

Кроме всего прочего в Форте я бы обменял шкуру Жнеца на многие, очень нужные и важные вещи.

– Где ты ее оставишь? – Как бы между делом спросил я, стараясь не выдать заинтересованности.

Жнец опять вытаращил на меня свои глаза, словно на маленького. – Разумеется в жилище. – Другого ответа я не ожидал. Новый покров, который позволял ему расти, также позволял и прикончить Жнеца одним выстрелом поскольку был мягким. Но вопрос заключался в другом как получить доступ в жилище Жнеца? ? до того как новая шкура его затвердеет и старую шкуру он сам не начнет торговать по всем трем Фортам.

– Я принесу тебе воды – Столько, сколько будет нужно, для того чтобы латать трещины в твоем новом панцире. – И масла. – Тебе не будет больно расти.

Жнец замер. Я знал его тайну и теперь нагло ею пользовался.

– Пусть человек придет, после того как Горгона выплюнет огонь еще два раза. Я буду готов.

– Иди уже. – Я толкнул Жнеца в ногу, прерывая его особо возвышенное настроение. Если он сейчас начнет благодарить за полученную возможность заработать тушу коровы, этому не будет конца.

– Ты знаешь, где искать меня, когда я буду слаб.

– Знаю- знаю. Иди уже, а то твоя кожа начнет сползать здесь. Горгоне это не понравится, знаешь ли.

Жнец медленно начал отступать, потом все быстрее и быстрее пятясь задом, перевалил за вершину бархана и, развернувшись, задал такого стрекача, словно вспомнил, что начал устанавливать рекорд по пересечению материка пешим ходом. Двигался он настолько быстро и легко, что песок под его ногам почти не двигался и только фиолетовый след электрических разрядов перенасыщенной электричеством атмосферы, указывал путь, которым следовал Жнец до своего убежища.

– Уфф- выдохнул я. – День оказался не столь безмятежным, как казалось вначале. Я думал, что хороший ветер дотащит нас до логова Полоза к вечеру, и мы успеем с ним о многом поговорить, но планы изменились.

– Химера. Одно слово – Химера. Здесь могло произойти все и всегда.

– Фрэнки. Вставай. Нам пора.

– Мыы ужее идем? – пропел он.

– Нет – летим. – Огрызнулся я. Теперь я, не боялся Фрэнки. Может потому, что он не улыбался. Может потому, что меня занимала шкура Жнеца. А может быть, просто, потому что я думал о том, что снова уперся в одну из загадок Химеры, и она становилась все непонятнее.